Дожив до солидных лет, человек не в состоянии отбросить накопленный опыт и начать воспринимать жизнь с позиции молодого человека, в тело которого попал.

Странно: я довольно много читал фантастики, где попаданец начинал вести себя так, как подобает его новому биологическому возрасту. Различные авторы описывали всяческие “гормональные взрывы”, с которыми якобы невозможно справиться, и всё такое…

Так вот, в моём случае всё обстояло иначе. По крайней мере, пока. Бригаду, в которую меня определили, я воспринимал как детей, и преодолеть это чувство не выходило. Ну а как иначе, если у меня свои дети вдвое старше этих шестнадцати-семнадцатилетних подростков?

Впрочем, приходилось, что называется, держать марку – изображать из себя такого же шестнадцатилетнего пацана, как и прочие мои товарищи по бригаде. Хотя в бригаду я так и не попал…

Всего на базе трудилось человек, наверное, сто, а возможно, и больше. Людей было много, люди были разные, но, собирая из них команды, Тюля руководствовался вполне логичными критериями, и возраст был одним из таковых (Тюля – это прозвище Тюленева Михаила Дмитриевича, руководителя всей этой богадельни).

Поняв, что спорить с начальством бессмысленно, мой будущий опекун и по совместительству начальник четвёртой бригады скривилась и оглядела меня с ног до головы. Ничуть не тушуясь, я ответил ей аналогичным оценивающим взглядом.

Итак, передо мной девочка лет шестнадцати-семнадцати. В моём мире она была бы десятиклассницей (при одиннадцатилетке, ага). Сложена спортивно: фигурка ладная, пусть уже и не детская, но ещё и не полностью женская. В целом красивая. Впрочем, в столь юном возрасте все девочки выглядят красиво – с высоты моего возраста особенно. Волосы у неё были тёмные, глаза голубые. На лице веснушки вперемешку с подростковой сыпью.

– Пошли, что ли, – пробормотала она, так и не дождавшись какой-то реакции на свой проникновенный взгляд.

– Я готов! – подобрался я.

Развернувшись, она не оглядываясь зашагала вперёд. Стараясь не отставать, я двинулся за ней. Выйдя на улицу, мы свернули направо и пошли по дорожке вдоль административного здания.

– Где хочешь жить? – бросила она через плечо и добавила: – В нашем секторе мест нет.

– А где есть? – уточнил я.

– Второй этаж корпуса “B” практически пустой. Капсулы в подвале тоже никто не использует.

– Капсулы? – переспросил я.

– Ты дурак? – обернулась она ко мне.

– Ага! – ухмыльнулся я. – Там, откуда я приехал, не было никаких капсул. Что это такое?

– Спальное место, – скривилась девочка.

– И в чём его э… преимущество перед корпусом “B”?

– В цене, разумеется.

– Но в контракте записано, что проживание и питание бесплатно! – нахмурился я, вызывая документ в интерфейс дополненной реальности.

– Это пока ты норму выполняешь.

– Ага, тогда для начала я выберу капсулы. Где здесь подвал?

– Спускайся по этой лестнице, – пожала плечами Светлана, – занимай любую капсулу. После того как оставишь там вещи, – она оглядела меня с ног до головы, оценивая скромные размеры моего рюкзачка, – приходи в корпус “A”, первый этаж, комната А-101. Я как раз ребят соберу, ну и двинем на работу.

– Прям сразу и на работу? – я изобразил удивлённое лицо.

– Да, сегодня тебе всё покажем, а дальше ты сам. В моей бригаде места нет. Мы – клан, пришлые нам ни к чему!

– Клан? – переспросил я.

– И не думай, что ты в нём нужен.

– И в мыслях не было! – я ещё раз пожал плечами.

Решив, что разговор исчерпан, я вошёл в указанную дверь и спустился в подвал. Автоматическая дверь пропустила меня без каких-либо проблем – достаточно было кликнуть кнопку во всплывшем окошке.

Пройдя небольшой тамбур (с ещё одной автоматической дверью), я оказался в довольно просторном помещении, квадратов этак в сто.

Воздух внизу был свежий, совсем не такой, как бывает в подвалах. Подняв взгляд наверх, я понял, что именно здесь осуществляется забор воздуха системой вентиляции здания, а потому получается, что помещение непрерывно проветривается.

Казарма. Больше всего место, в которое я попал, напоминало казарму. Вдоль стен и ещё дополнительным рядом посредине повсюду стояли капсулы, в которых мог поместиться один человек. Некоторые из них были открыты, но большинство заперты.

Впрочем, занятых не оказалось ни одной: система дополненной реальности показывала, что я могу использовать любой из слотов.

Пройдя до самого дальнего угла, я выбрал себе местечко у края, чтобы, если появятся соседи, не они мимо меня ходили, а я мимо них.

“Закрепить спальное место за собой? Да/Нет?” – задала вопрос Система.

Ответив утвердительно, я заглянул внутрь. А ничего, в целом удобно. Помимо спального места (шириной с железнодорожную полку) здесь было ещё небольшое пространство, которое можно использовать как столик, под которым располагался рундук.

Внутри капсулы тоже работала система вентиляции, а потому можно было смело запираться, не опасаясь задохнуться.

Бросив рюкзак в рундук, я снял часть одежды, запихал её следом, а затем выбрался наружу.

“Запереть? Да/Нет?” – задала вопрос Система, когда я обернулся на свой новый дом.

Ответив утвердительно, я решил обойти весь подвал. Увы, познакомиться с возможными соседями не удалось: то ли их и правда здесь не было (как сказала Светлана), то ли все ушли на работу. Зато в конце моей “жилой” комнаты я нашёл переход в другую такую же, а в ней в следующую. Подвал, похоже, имел такие же размеры, как и здание. В одном из помещений я наткнулся на знакомый утилизатор, а рядышком с ним располагался фабрикатор.

Обрадовавшись, я вернулся за вещами, отказался от ранее занятой капсулы и заселился в слот в непосредственной близости от интересующих меня приборов. Заглянув в “меню” фабрикатора, я с сожалением отметил крайнюю скудость представленной в нём номенклатуры, однако цены, похоже, соответствовали тому, что я видел в учебном центре.

– А ты знаешь, что при утилизации предметов можно зачислять на свой счёт деньги, а можно собирать материалы? – внезапно проснулся Сим.

– Материалы? – удивился я.

– Да. Поскольку у тебя теперь есть программное обеспечение для работы с фабрикатором, при утилизации ты можешь не переводить всё в деньги, а просто учитывать материалы. Затем, если придёшь к фабрикатору, цена предмета из этих материалов будет для тебя снижена.

– А налоги? – спросил я.

– Налогов в таком случае нет, – обрадовал меня симбионт.

– Здорово! – потёр я руками. – Давай попробуем!

– Тебя ждут, разве забыл? – обломал он меня.

– Ладно, потом, – махнул я рукой и направился на выход.

– Твоя ежедневная норма – пять жемчужин. Если их собираешь, питание и проживание бесплатны. Первые пять жемчужин в день сдаёшь Семёну, взамен он выплачивает тебе двадцать пять рублей. Если есть долги, списывает с них двадцать пять рублей. Если остались долги, следующие пять жемчужин снова идут по пять рублей, а все остальные, раз уж так повезло на “улов”, – по десять.

– Не выработал норму в пять или десять жемчужин – тебе в долг записывают проживание и питание в этот день, – встрял в разговор Олег.

Инструктировали меня впятером. Больше всего говорила, конечно, Светлана – бригадир, но время от времени кто-нибудь что-нибудь добавлял.

Бригада, называющая себя кланом, состояла из двух девушек шестнадцати-семнадцати лет и трёх парней приблизительно такого же возраста. Девушек звали Светлана и Арина, а парней – Олег, Игорь и Дмитрий.

– Да, и в общих выездах участие обязательно! – добавил Дмитрий.

– В общих выездах? – переспросил я.

– Дважды в месяц у нас случается общий выезд на “грибное место”. В эти дни все нормы удвоены, но и собрать их значительно легче.

– Так, – подытожил я, – в обычные дни норма – пять жемчужин, но если есть долг – десять. Норма сдаётся по пять рублей Семёну, а всё, что сверх – по десять. На общих выездах норма удваивается. Снаряжение выдаёт тот же Семён, храним его в шкафчиках на пирсе.

– Кроме сегодняшнего дня работаешь ты один, – повторила Светлана.

– Не расстраивайся, – снова подал голос Дмитрий, – найдёшь себе бригаду. Потом.

Говоря эти слова, он встал и, выглянув в окно, перекрестился. Проследив за его взглядом, я увидел купола стоящей неподалёку церкви.

“Он просто верующий? – задал я мысленный вопрос Симу. – Или работать вне бригады настолько опасно?”

“А ты спроси напрямую!” – посоветовал симбионт.

– Так а почему с вами-то нельзя работать? – максимально нейтрально поинтересовался я.

– Мы – клан! – в очередной раз кто-то повторил фразу, которую я уже слышал за сегодня раз десять.

– Клан? – я изобразил непонимание.

– Клан! – подтвердила Светлана. – Когда-нибудь разбогатеем и…

– Ладно, – я поднял руки, – мне это неинтересно. Покажете что и как, да я перестану мозолить вам глаза!

– Куда сегодня пойдём?

– К маяку! – предложила Арина.

– Почему к маяку? – хором спросили почти все.

– Ему же, – она кивнула на меня, – нужно будет возвращаться, а от маяка сопровождающий не нужен.

– К маяку так к маяку! – согласился я. – Где мне брать снаряжение, где находится этот Семён, кто это? И расскажите подробнее, какой вообще порядок здесь установлен.

– Пошли, – хмыкнула бригадир.

Прямо у пристани стоял специальный ангар, в котором располагалась координационная служба базы. Её хозяин Семён Владимирович Горохов выдал мне гидрокостюм, акваланг и приспособление, которое называлось “скутер”. Скутер представлял собой этакий ранец на плечи с тремя вертикальными слотами: два из них были заняты своеобразными водяными турбинами, а между ними можно было повесить баллон с воздухом.

Стараясь не вызывать лишних подозрений, я осмотрелся: заправочной газовой станции не было. По крайней мере здесь, в этом ангаре.

“Руна!” – прокомментировал Сим. – “Здесь руна, видишь?”

“Где?” – удивился я, сгребая два полученных тюка.

“Да вот же, прямо на баллоне! Посмотри магическим зрением!”

Немного сощурившись, я действительно разглядел чёткий символ, прописанный, казалось, на внутренней стенке баллона, однако почему-то понимал, что читать его нужно глядя снаружи.

Внешне руна чем-то напоминала логотип старой компьютерной игры времён моей молодости – этакая лямбда в кружочке с некоторым количеством дополнительных завитушек. Сосредоточившись, я сосчитал количество линий в знаке – ровно одиннадцать, как и на прочих известных мне магических иероглифах.

“Что она делает?” – задался я вопросом, пока мы шагали к “камере хранения”, в которой мне только что выделили ячейку.

“Похоже, это руна воздуха, – ответил симбионт. – Если запитать её энергией, она будет наполнять баллон газом для дыхания”.

“Позже разберёмся!” – хмыкнул я, двигаясь за своими сопровождающими.

Гидрокостюм несколько отличался от тех вариантов, с которыми я сталкивался в симуляции. Во-первых, он был безразмерным: длины рукавов, штанин и обхват туловища можно было регулировать специальными лямками и подтяжками. На каждом бедре и на животе было по карману, застёгивающемуся при помощи “молнии”.

Не знаю зачем, но решил взять с собой и одну из “бабочек” – бросил её в один из отсеков “кармана-кенгуру”. Затем пристегнул к левой икре приличного размера нож, а к правой – небольшой гарпунный пистолет. Поскольку в описании вакансии навыки работы с подводным оружием не требовались, то у меня их и не было. В результате с застёжками и пряжками пришлось разбираться на ходу, поглядывая украдкой на соседей. Судя по тому, что гарпун все пристёгивали справа, скорость его извлечения имеет значение: х-гм… нужно быть внимательнее.

Пристроив баллон с воздухом на ранец от скутера, я надел всю эту конструкцию на плечи.

“Диагностика завершена, подключиться к управлению?” – задала вопрос Система.

Ответив утвердительно, я чуть подвигал диагностические окошки оборудования, убирая их из поля зрения. Копаясь со снаряжением, я не сразу заметил нового человека, стоявшего прямо передо мной и наблюдающего за моими движениями.

– Николай, – протянул он мне руку, – вижу, ты новенький?

– Андрей, – представился я, отвечая на рукопожатие. – Да, вот сегодня только приехал.

– И сразу к клановым? – усмехнулся он.

– Ну… – замялся я, – да. То есть нет. То есть они должны показать что и как, а потом…

– Нет! – встряла в диалог Светлана. – Нам он не нужен! Сопровождаем его до маяка, и всё!

– Смотрю, вы решили сразу избавиться от новичка? – с угрозой глядя на мою бригадиршу, проговорил Николай.

– Откуда ты знаешь, что мы решили? – нахмурилась Светлана. – Иди своей дорогой!

– Эм… – вклинился между ними я, стараясь погасить конфликт, что казалось вот-вот начнётся. – Да, я им не нужен. Но я к ним и не лезу – покажут что и как, а дальше я буду уже сам…

– Света! – с нажимом проговорил Николай. – Если он сегодня не вернётся, я пойду к Дмитричу!

– Да с чего ты взял? – вспылила девушка.

– С того! – Он потянул за собачку “молнии” на моём правом кармане, затем бесцеремонно оттопырил материю и заглянул внутрь. Найдя лишь пустоту, поднял на меня глаза и не то спросил, не то вынес вердикт: – Заряда двадцать процентов, а воздуха на час?

– Ага, – подтвердил я. – Собирался спросить, где можно заправить до полного, но пока не успел.

– Это хорошо, что хотя бы собирался. Света! – повторил он с нажимом.

– Что “Света”? – скривилась бригадирша. – Он не в моей бригаде. Пусть идёт к Семёну!

– Может быть, сразу к Михаилу? – Николай требовательно протянул ладонь в направлении девушки.

– Да хоть к Господу Богу! – заорала она и, развернувшись, вернулась к своему шкафчику.

– Вот сука клановая, – ругнулся Николай. – Ладно!

Потянув меня за руку, он дотащил меня до своего шкафчика, открыл его и достал пару цилиндриков, похожих на половинки батареек “AAA”.

– Что это? – удивился я, разглядывая непонятные предметы.

– Заряды! – Николай взглянул на меня с подозрением.

Чувствуя, что сейчас начнутся вопросы на тему “есть ли у меня сертификат на подводные работы, ведь это должен знать каждый”, я попытался перевести разговор в другое русло.

– Что заряды – вижу, – пробормотал я. – Но они же твои? Может быть, я лучше ещё раз зайду к Семёну?

– Пока будешь ходить, эти, – он кивнул головой в сторону моей бригады, – слиняют. И тогда ты останешься не только без помощников, но и без картографии.

– Переживу как-нибудь, – раздражённо пожал я плечами, ощупывая застёжку рюкзака. Где-то здесь я видел блок, куда, по-видимому, можно вставить эти самые заряды.

“Большим пальцем нажми, откроется отсек”, – встрял в мои мысли Сим.

“Заряд – 100%, запас воздуха – 4 часа 11 минут”, – сообщила Система, когда я наконец заменил “батарейку”.

– Отдай мне старую, – протянул руку Николай, – Семёну сам верну.

– С-спасибо! – пробормотал я.

– Потом скажешь – когда вернётесь. – Бросив цилиндрик в карман, он хлопнул меня по плечу. – Давай, найди принцессу!

“Принцессу?” – едва не сорвалось с моих губ, но я в очередной раз одёрнул себя.

“Принцесса, – снова проснулся в моих мыслях Сим, – это, вероятно, большая жемчужина. Что-то вроде того камня, что сделал Россольцева бароном”.

“Точно, – я мысленно хлопнул себя по лбу, посылая лучик благодарности соседу по телу, – что-то туплю я, хотя мог и сам догадаться”.

“Ничего, просто слишком много событий, вот ты и теряешься. Это пройдёт”.

Я ни разу не нырял с аквалангом в нашем мире, но здесь, совершенно точно, подводный мир иной. Тысячи рыбок различных расцветок и форм, а ещё множество тварей непонятной формы и способа существования.

Кажется, на настоящей Земле (буду называть её так) нечто подобное можно увидеть только в тёплых морях – там, где растут кораллы и жизнь, что называется, бьёт ключом.

Температура воды, судя по показаниям Системы, была небольшой – около семи градусов, однако в гидрокостюме никакого дискомфорта не ощущалось. Немножко прислушавшись к себе, я понял, что он активно подогревает своё содержимое, а затем, порывшись в менюшках, даже перенастроил режим на ещё более комфортный.

Запас воздуха и дальность действия скутера зависели от заряда, и выходило, что необходимо тщательно следить за остатком энергии – иначе может случиться так, что на “вернуться” её не хватит.

Перед тем как попрыгать в воду, вся бригада провела нечто вроде ритуала. Дмитрий и Арина чуть ли не синхронно перекрестились, обернувшись на то место, где находился ближайший храм. Вероятно, они считали себя верующими – это не первое подобное их действие. Олег и Игорь просто ждали, а Светлана буквально зависла – будто робот, которого на время отключили от управления.

Не сумев удержаться от любопытства, я шёпотом спросил:

– Чего это с ней?

– Т-с-с! – шикнул на меня Олег. – Она рекламу смотрит.

– Рекламу? – удивился я.

– Картография, – он посмотрел на меня как на идиота, и я предпочёл замолчать.

Пожав плечами, я отошёл и запустил свою навигационную программу. Взглянув на изображение водного пространства, я обратил внимание, что рельеф дна тоже отображён достаточно подробно – детализация, пожалуй, не уступала наземной части карт. Добавив пирс в список “Избранное”, я дождался, пока наша командир “отвиснет”, а затем, следуя примеру остальных, прыгнул в воду.

Нашей целью, как я понял, был маяк, располагавшийся километрах в семи от базы, и когда процессия направилась в сторону только что установленного мною маркера, я ничуть не удивился.

Буквально в первые секунды погружения стало понятно, почему ласты в искательском снаряжении не используются – они банально не нужны. А всё дело в скутере, прикреплённом к спине рядом с баллоном воздуха. Управлялся этот механизм приблизительно так же, как стрекоза, на которой я сюда прилетел. Единственное отличие – не было дополнительных камер, и дело происходило под водой, а не в воздухе.

Режимов движения было два: автопилот (но включать его я пока не пробовал) и простое равномерное перемещение. Для изменения скорости движения использовался виртуальный джойстик, отображаемый в интерфейсе Системы, и изменение положения рук и ног. Справиться с управлением мог и ребёнок.

Набрав скорость около 10 километров в час, мы направились к цели, двигаясь на небольшой глубине под поверхностью. Шли двумя тройками: впереди Светлана с Дмитрием и Ариной, а позади я, Олег и Игорь.

Поскольку разговаривать под водой невозможно (рот занят мундштуком), общение наше сводилось к текстовым сообщениям. Вся бригада была заранее объединена в одну чат-группу, куда меня, увы, решили не принимать, а потому, если было нужно, я спрашивал, обращаясь приватно к одному или другому “коллеге”. Выглядело это приблизительно так:

Чтобы напечатать сообщение, не требовались какие-либо визуальные клавиатуры: достаточно было представить, и нужный текст появлялся в поле ввода.

Рассматривая живность кругом, я ненавязчиво задавал вопросы о своей будущей работе. Выяснить, честно говоря, удалось немногое. Жемчуг, как оказалось, здесь добывается двумя способами:

• из раковин, похожих на мидий (их было довольно много разбросано по дну);

• из животных, охота на которых, как оказалось, была не такой уж безопасной.

Планировалось, что неподалёку от маяка бригада попытается добыть какого-то “морского петуха”, затем мне покажут, как потрошить раковины, ну и оставят меня одного.

Не знаю почему, но фразу “запоминай обратную дорогу” сказал мне чуть ли не каждый член экспедиции, а потому, впечатлившись, я даже включил на своём навигаторе запись трека нашего движения.

Минут через десять от старта я понял, что разговор не клеится, и переключился на общение со своим симбионтом. Тем более что у него информации было куда больше, чем у моих “коллег”.

“Магия под водой более насыщена”, – сообщил он мне при первом удобном случае, и я сосредоточился на магическом зрении. И без того пёстрый и разнообразнейший мир перед моими глазами раскрасился дополнительными оттенками. Большинство рыбок имели ауру, похожую на ауру людей, только более слабую. Что интересно, эта энергетическая субстанция не размывалась водой, а напротив, казалось, что она как бы сама по себе и находится вне материального пространства. Некоторые живые существа светились особенно ярко, и Сим предположил наличие у них магических способностей.

“Способности?” – переспросил я, услышав нечто, показавшееся нелепым.

“А почему нет? Посмотри на себя, на твоих спутников и на вон ту морскую звезду”, – ответил он.

“Х-гм”, – пробормотал я, разглядывая градиент магии над очередным созданием.

К сожалению, двигались мы достаточно быстро, а потому рассмотреть в деталях не получалось.

Вообще, магии под водой было куда больше, чем там, на воздухе. Она лучше чувствовалась, а местами её яркость была настолько ослепительной, что приходилось переключать своё внимание на что-то другое.

Метки, что я недавно поставил на гопников, дежуривших у выхода из учебки, стали отчётливо видны и представлялись этакими нитями, уходящими от меня куда-то назад. Если на земле я просто чувствовал, где находятся эти люди, то здесь буквально глазами видел нить, соединяющую меня с ними.

Вспомнив о том, что мои “коллеги” намерены бросить меня одного, я расставил метки и на них: позже понаблюдаю за тем, куда они двинутся дальше. Творить руну под водой тоже оказалось проще: разлитая повсюду энергия буквально липла к представляемым знакам.

Прокомментировал резкое снижение скорости группой самый разговорчивый её член. Самым разговорчивым он был в том смысле, что больше других уделял мне внимание: отвечал на мои вопросы, не игнорировал, не бросал в мою сторону высокомерные взгляды. В общем, похоже, самый нормальный чувак в этой компании.

Повинуясь жестам Светланы, вся группа перестроилась в широкую цепь, в которой мне было отведено место на правом фланге.

Если до этого мы были похожи на снаряды, парящие параллельно земле (то есть дну), то теперь все приняли вертикальное положение, разошлись влево и вправо с интервалом полтора-два метра и стали медленно, будто какие загонщики, двигаться к непонятной цели.

На что нужно обращать внимание, я не знал, а потому просто следил за приближающимся дном. Глубина здесь была уже значительной (метров, пожалуй, тридцать), и когда давление превысило две атмосферы, в аппарате включился режим отслеживания декомпрессии. Выглядело это как две полоски, ограничивающие “потолок” и “пол”. Сравнительно быстрый подъём приводил к тому, что “потолок” краснел, а затем, если остановиться, понемногу приобретал нейтральный серый оттенок, а затем и вовсе становился невидим. Проход сквозь виртуальный “пол” перекрашивал потолок, показывая, что вернуться назад без декомпрессии нельзя (или не рекомендуется).

Вообще, что интересно, многие нюансы работы с аквалангом в экзаменах, что я сдавал, отсутствовали. Впрочем, вопросов, требующих ответов, у меня не возникало.

Внезапно пришло сообщение от лидера группы:

Поняв, что сейчас произойдёт какое-то событие, я сосредоточился на магическом зрении и увидел… морского петуха.

В нашем мире были такие животные, как морские коньки. Это были такие маленькие создания, которые двигались, сохраняя положение тела вертикально, очень похожие на миниатюрных лошадок. Так вот, петух, которого я увидел, был приблизительно таким же животным, но гораздо, гораздо крупнее. Его высота от холки до конца хвоста составляла не менее четырёх метров. Тело в середине имело значительное утолщение, что делало его похожим на птицу – не на петуха, но на утку, сидящую на воде. Голова с гребнем дополнительно усиливала сходство с пернатыми.

Несколько притормозив, я остался позади нашего построения, оставаясь пассивным наблюдателем. Снизив скорость практически до нуля, пятёрка искателей неторопливо приближалась к не замечающему её животному. Как-то так само собой получилось (я и не отобразил момент, когда это произошло), но в руках у каждого человека вдруг появился гарпунный пистолет.

Подобравшись, я аккуратно достал и осмотрел свой. Стрела-гарпун в этом устройстве была одна, запасных не прилагалось. Катушки с леской или верёвкой тоже не было видно. Очевидно, этот девайс рассчитан ровно на один выстрел, а затем его нужно будет зарядить новым снарядом. Ручка пистолета в магическом зрении слегка светилась – так, как светится батарейка, питающая моё снаряжение. Ага, стало быть, привод такой же.

Приблизившись к цели на достаточную дистанцию, Света медленно подняла руку, и все навели стволы на ничего не подозревающее животное.

“Пык-пык-пык!” – услышал я три выстрела из центра и левого фланга. Пронзённая стрелами зверушка встрепенулась и, вместо того чтобы убегать, рванула к обидчикам, двигаясь прямо на Игоря.

“Пык!” – ещё один гарпун вонзился в шею существа. Это событие, кажется, сделало организм животного неуправляемым, и если до этого оно перемещалось, будто ввинчиваясь в толщу воды, постоянно меняя траекторию, то теперь стало двигаться прямолинейно.

Наш левый фланг разлетелся в стороны, пропуская живой снаряд мимо себя, я тоже инстинктивно включил двигатели, уходя вверх относительно отряда.

“Пык!” – пятый выстрел оказался неудачным: стреляла, кажется, Арина. Оставив след из мелких пузырьков, очередной гарпун прошёл сантиметрах в двадцати от гребня петуха и потерялся в толще воды.

Зависнув над сценой расправы, я увидел магическую нить, тянущуюся от меня к животному, а потом из созерцательного состояния меня вывело сообщение в чате:

Переведя взгляд с петуха на правый фланг, ставший уже левым, я пожал плечами, а потом помахал ей рукой, будто приветствуя.

Отвернувшись, я посмотрел вслед удаляющейся зверушке. Магическая нить между мной и петухом, казалось, могла растягиваться до бесконечности.

“Зачем ты его пометил?” – задал я вопрос симбионту.

“Подумал: вдруг вы решите его догонять”.

Инстинктивно глянув вниз, я увидел приличного размера щупальце, тянущееся к моим ногам. Нет, это не щупальце – это целая змея. Если бы не своевременное предупреждение, то ещё пара секунд и всё… стал бы завтраком этой непонятной голодной хрени.

Не знаю почему, но я совершенно не испугался. Чуть согнув правую ногу, я выверенным движением (будто десять раз в день так делаю) спокойно навёл гарпунный пистолет на голову твари, а затем нажал на спуск. Одновременно с этим слегка подвинул джойстик скутера – так, чтобы начавшееся в мою сторону движение меня не задело. Ещё немного развернул корпус и самую малость ускорился…

“Пык!” – булькнуло моё оружие, и голова-щупальце монстра пролетела в считанных сантиметрах от моей ноги. И хотя я точно знал, что животному конец, но всё равно ещё несколько увеличил скорость всплытия – не хотел, чтобы меня зацепило конвульсиями.

Поднимался я быстро, и остановился только когда вокруг всё закраснелось от индикатора декомпрессии. Вернув взгляд вниз, увидел опадающие кольца этой странной анаконды. Из её черепа, строго между тех мест, где у обычной змеи были бы глаза, торчал хвостовик моего гарпуна.

Убедившись, что больше живых существ поблизости нет, я перевернулся и стал спускаться в глубину. Магическое зрение показывало, что монстр мертв, а потому я спокойно подплыл и, упёршись одной рукой, с силой вытащил снаряд из ставшего бесформенным тела. Помахав рукой, чтобы смыть куски плоти с зубцов гарпуна, я осмотрел его на предмет повреждений, а затем сунул внутрь пистолета.

“Следующий выстрел через 17, 16, 15 секунд”, – начала обратный отсчёт Система.

Меня никто не учил управляться с этим оружием, необходимые знания сами возникли в моей голове: так, будто я сотни раз это делал. Х-гм. Получается, это снова тот самый инсайт, о котором говорил Россольцев?

Стараясь не выходить из состояния озарения, я одним движением повесил пистолет на правую икру, а затем, достав из ножен клинок, воткнул его в пасть змеюки, разделяя её голову на части. Здесь, под языком у монстра, находится то, что мне нужно!

Не то, чтобы мне так нужна была та жемчужина – мне вдруг стал важен принцип: “Гнали меня? Гнали! Вот на фиг теперь и идите!”

Нащупав пальцами в пасти чудовища шарик, я потянул его на себя, а затем крутанул рукой, освобождая добычу от требухи, и привычным жестом (инсайт всё ещё не покинул меня) бросил жемчужину в карман – рядом с “бабочкой”.

Повинуясь команде в групповом чате, пятёрка развернулась и направилась куда-то на юго-восток, я же остался висеть над телом только что убитого монстра.

Подводная живность опасна, однако магическое зрение и внимательность позволяют быть заранее готовым к встречам, и в большинстве случаев можно просто избегать нежелательных контактов.

Я уже упоминал, что в воде магию видно лучше. Так вот, оказалось, что благодаря этому обстоятельству можно не только определять местоположение опасности, но и находить жемчуг.

Не торопясь двигаясь за сбежавшим морским петухом, я разглядывал раковины, живущие на дне залива, и, замечая более ярко светящиеся, спускался к ним. Раскрыв несколько при помощи всё того же ножа, я стал обладателем пяти добавочных жемчужин в дополнение к той, что достал из-под языка змеи. Новая добыча была значительно мельче первой, и, обсуждая это обстоятельство, мы с Симом пришли к выводу, что большие жемчужины должны засчитываться за несколько маленьких.

Если ориентироваться на светимость в магическом зрении, то большой шарик должен быть где-то раз в двадцать дороже обычного.

“Вообще, знаешь, эти шарики похожи на накопители магии”, – поделился я своими наблюдениями с соседом по телу.

“Именно так! – подтвердил он. – Попробуй взять одну жемчужину и впитать её энергию в свою ауру!”

Выбрав для эксперимента самый маленький шарик, я положил его на открытую ладонь и стал представлять, как энергия из него растекается по моей ауре.

“Энергорезерв пересчитан. – Откликнулась на мои действия Система. – Текущий резерв 229 эргон.”

“Э, – удивился я, – а сколько было?”

“Двести двадцать семь!” – прислал уверенную мысль Сим.

“Ага, – ухмыльнулся я, – получается, если нужно развивать магические способности, то вот способ!”

“Вот и объяснение, почему все ищут принцессу”, – откликнулся мой компаньон.

Прервав на некоторое время диалог, я понял, что почти догнал подранка, за которым всё это время двигался. Суммарно он не так далеко и уплыл – метров двести, не больше. Странно, что остальные не стали его преследовать. Впрочем, без магического зрения это могло казаться им бесперспективной затеей.

“Без твоего магического зрения, – вклинился в мои рассуждения Сим. – А ещё без метки, что я поставил.”

“Ты продолжаешь настаивать, что вот эти линии другие маги не видят?” – спросил я.

“Думаю, да”, – подтвердил он.

Не рискнув приближаться к подранку, я остановился, достал гарпун, а потом вдруг вспомнил об изначальном предназначении магической метки: я ведь мог умертвить этого петуха в любое время и на любом расстоянии!

Потянув энергию по нити из метки, я подождал, пока аура существа погаснет, а затем подплыл поближе.

Мёртвый монстр уже совсем не походил на птицу: вблизи было видно, что его тело покрыто мелкой чешуёй, а оплывшая по земле форма напоминала скорее мешок с жидкостью, нежели живой организм.

Взявшись за нож, я покопался в шейно-затылочной части трупа: в этот раз я не знал где искать, но магическое зрение – отличный помощник, жемчужина была хорошо различима сквозь толщу плоти. Тщательно промыв и спрятав лут, я достал три из четырёх стрел из тела несчастного животного, а затем взглянул на уровень заряда своего снаряжения.

Прогресс-бары показывали значение между двадцатью и тридцатью процентами. Решив, что для первого раза приключений достаточно, я установил путевой маркер на базу и не спеша направился в сторону дома.

По дороге нужно собрать ещё несколько мелких жемчужин из раковин – сдать “норму” и просто иметь запас для экспериментов.

“Предлагаю попробовать руну воздуха”, – вклинился в мои мысли Сим, когда я уж было собрался заменить батарейку моего акваланга.

“Руну воздуха?” – переспросил я.

“Ага! – подтвердил он. – Здесь можно действовать двумя путями: попробовать напитать энергией руну твоего баллона, благо он сейчас почти пуст, либо создать копию руны так, как ты поступаешь с прочими.”

Решив, что идея того стоит, я немножко над ней поразмышлял и пришёл к выводу, что, если первый опыт делать на баллоне, можно переусердствовать и его разопрёт давлением. Сконцентрировавшись на символе, я запомнил его начертание, а затем несколько раз попытался воспроизвести его так же, как работаю с прочими рунами. Некоторое время ничего не выходило, но потом каким-то наитием я понял, что символ должен находиться не в центре моего вихря, а там, где должен быть материализован воздух.

Представив иероглиф на расстоянии пары метров от себя, я раскрутил его в вихрь, направив в него поток энергии (которую Сим оценил в сто эргон) и увидел, как образуется большой, сантиметров пятьдесят в диаметре, пузырь. Подсчитав его объём, я пришёл к тому, что сотня единиц магической энергии даёт около пятидесяти литров газа при внешнем давлении в три атмосферы. Больше не опасаясь за сохранность своего оборудования, я влил энергию в руну, нарисованную внутри моего баллона.

“Х-гм, а разовый каст не так уж и много газа генерит, – поделился я впечатлениями с симбионтом, – сотня маны даёт меньше десяти минут к запасу воздуха!”

“Во-первых, так мало получается из-за того, что магию приходится кастовать сквозь стенки баллона. Но зато, во-вторых, эта сотня накапливается в твоей ауре меньше чем за минуту!” – утешил меня Сим.

“То есть, получается, если батарейки полностью сядут, я останусь без скутера, но смогу сколь угодно долго продолжать дышать”, – сделал я вывод.

“На такой случай нужно обзавестись ластами!” – приземлил меня он.

“Но это в любом случае круто! – усмехнулся я, а затем заменил-таки батарейку на свежую. – Всё, теперь точно домой! Заодно автопилот опробуем!”

Присоединение к бригаде и отсоединение от неё оказалось не бесплатным. Мало того, по внутреннему распорядку любой человек, что отсоединяется от бригады, получает часть долга бригады на свой, так сказать, счёт.

Когда Семён об этом заикнулся, я обратил его внимание на то, что только сегодня вообще зачислен в штат, а потому вешать на меня долги – такое себе. Поспорили, конечно, немного, но когда сказал, что готов оплатить стандартную таксу за перевод, в итоге он согласился.

Хотя в установленной норме жемчуг указан в штуках, вся добыча оценивалась по “энергетическому весу”. Как я понял, можно отплыть сотню метров от пирса, разобрать десяток-другой раковин, и в половине случаев в них найдётся жемчужина. Проблема в том, что эти природные накопители будут иметь крайне малое количество Адалита, а потому подобный способ добычи неэффективен.

Жемчужина, добытая мной из морского чудища, похожего на змею, соответствовала пятнадцати стандартным жемчужинам. Пять из них Семён зачёл мне за норму, а десять я уплатил за выход из бригады, величающей себя кланом. Добытое сверх нормы можно было сдать по десять рублей за стандартный шарик либо по пять, но в последнем случае эти жемчужины записывались для возможного зачёта в будущие дни. Сдав весь мелкий жемчуг по пять рублей (его у меня собралось на одиннадцать стандартных единиц), я получил возможность пропустить пару рабочих дней, а в ещё один можно принести четыре жемчужины вместо пяти. Этакая система отгулов.

Итого я сдал двадцать шесть стандартных жемчужин, получив на руки наличкой сто тридцать рублей. Сбор такого количества жемчуга одним человеком за раз – редкость, и Семён даже поздравил меня со столь впечатляющими успехами.

– Однако хотя из бригады я тебя выписал, но хочу напомнить, что выходы в поиск в одиночку опасны.

– Какие неприятности, кроме э… монстров, могут меня ждать? – поинтересовался я.

– Банально заблудишься и всё! Мы стараемся следить, чтобы в каждой бригаде был хотя бы один картограф, но тебе теперь придётся решать эту проблему самостоятельно.

– Картограф? – повторил я. – Да-да, припоминаю. Светлана в этом клане была с картографией. Кстати, не расскажешь мне, что это за задвиг такой про клан?

– Клан? – Семён посмотрел на меня как на идиота. – Обычное явление. Мечтают о том, что, найдя принцессу, купят себе дворянство, и не одно, а потом объединят новообразованные роды в клан. У вас там, откуда ты приехал, разве не было такого?

– Х-гм, – я изобразил, будто вспоминаю. – Не было вроде. Кстати, а принцессы часто встречаются? И сколько в принцессе стандартных жемчужин?

В общем, покинул координационную службу, оставив о себе впечатление ничего не знающего, но удачливого болвана. Однако ответы на свои вопросы получил. Принцесса – жемчужина с энергоёмкостью двадцать-пятьдесят тысяч стандартных. Встречаются и больше, но на этой базе подобных прецедентов не случалось.

Светлана, желая, чтобы я ушёл из их бригады, рассчитывала, очевидно, на то, что и часть их долгов на меня запишется. Суммарно они должны приблизительно по три сотни жемчужин, но, к счастью, изгонять меня из бригады они начали прямо с самого начала. М-да.

Узнал также и местные расценки на случай невыполнения плана. Если долг есть, проживание в обычных общежитиях стоит дополнительные пять жемчужин в день (мой капсульный отель обходится всего в жемчужину). Питание – ещё жемчужина.

Не знаю, почему при таких долгах они не съехали в подвал. Как по мне, так спать всё равно где, а растить долги – такое себе. Хорошо хоть проценты не начисляют. М-да.

Акваланг, гидрокостюм и прочая снаряга принадлежат лично мне. Если нужно что-то дополнительное (батарейки, ласты или заряды к гарпунному пистолету), докупить можно здесь же, расплачиваясь жемчужинами или деньгами. Взял у Семёна прайс, но покупки отложил до следующего раза (хочу посмотреть ассортимент в местном фабрикаторе).

Жемчужину из морского петуха продавать не стал, решил, что это прекрасный повод вложить её “в себя”. Недавно поставленный эксперимент показал, что таким методом можно довольно просто расширять энергетический резерв организма. Однако когда добрался до своего спального места, мой настрой был сбит Симом:

“Давай лучше попробуем её утилизировать!” – предложил он.

“Зачем?”

“Во-первых, посмотрим, какую стоимость предложит за неё Система, а во-вторых, узнаем, что эта жемчужина означает в пересчёте на ресурсы.”

Решив, что с магическим зрением смогу легко добыть себе ещё кучу таких шариков, я последовал этому мудрому совету и сунул жемчужину в утилизатор.

Оказалось довольно любопытно. За стандартную жемчужину утилизатор предлагал двадцать пять кредитов, что более чем на треть выгоднее той стоимости, по которой их принимает Семён. При этом цена росла тем больше, чем вместительнее оказывался утилизируемый шарик. Мою находку Система оценила в пятьсот восемь кредитов – чуть меньше чем триста рублей. Однако если бы я согласился, меня ожидал бы фиолетовый налог, а потому я сконцентрировался на меню и выбрал “ресурсы/материалы”. Итого: стандартная жемчужина вмещает 1000 эргон магической энергии. Согласившись на размен, я получил сообщение от Системы:

“Баланс ресурсов/материалов изменён, доступно энергии: 18011 эргон, Адалита: 7.1 мг, железа: 18.3 мг, кремния: 11.2 г…”

Вообще, список был огромным, но большинство его элементов, кроме энергии и Адалита, видимо, не считались чем-то значимым либо имели значения близкие к нулевым, и потому раскрывались только при концентрации внимания на соответствующем виджете. Что интересно, в этом перечне был даже Адалиум, который якобы запрещено добывать.

Переместившись вниманием в фабрикатор, я покопался в меню и нашёл в нём батарейки, подходящие моему аквалангу. Стандартная батарейка имела ёмкость 100 эргон и требовала для своего изготовления несколько различных металлов, в том числе и Адалит.

Поскольку у меня имеется соответствующий софт, то при заказе той или иной вещи вместо валюты можно было использовать любые имеющиеся ресурсы. Эти ресурсы могли пересчитываться друг в друга по установленным кем-то курсам, и получалось, что энергетический баланс легко превращался обратно в материалы и… готовые вещи.

Попробовав закупить расходники, расплачиваясь не деньгами, я тут же прикинул расклад. Выходило, что одну стандартную жемчужину можно разменять примерно на тридцать батареек для моего оборудования. Удивительно, но это оказалось даже несколько дороже ценника у Семёна на базе.

Заинтересовавшись тем, что баланс энергий не сходится (тысяча эргон от жемчужины против трёх тысяч от батарей), я почти сразу нашёл, что энергия в жемчуге и батареях – разная.

В какой-то момент я почувствовал себя совсем вымотанным, и, бросив всё, забрался в свою капсулу и сразу же уснул.

В первое же утро, ни свет ни заря, меня разбудил Сим, и я, матюкаясь и чертыхаясь, отправился на пробежку. Конечно, ругался я прежде всего на себя, однако и симбионту досталось: ведь это он прервал мой сон. Зачем? А ведь я сам предложил, чтобы он заставлял меня заниматься спортом.

Переодевшись в спортивную одежду (кое-что пришлось докупить в фабрикаторе), я выскочил на улицу и, открыв на ходу карту, не быстро и не медленно побежал по улочкам, а затем по тропинке в лес.

Проходную миновал просто: отвёл глаза вахтёру – заодно и тренировка в магии получилась!

На улице было холодно. Взглянув на календарь, я сориентировался по времени: седьмое декабря 2024. Ещё несколько недель, и Новый год. Однако бежать холод не мешал, скорее чуть подстёгивал. Достав одну из “бабочек”, на ходу практиковался раскрывать и закрывать её, планируя довести движения до автоматизма. Поскольку второй нож остался в кармане гидрокостюма, обе руки пришлось тренировать поочерёдно.

Заглянув в интернет, я почему-то не нашёл ни одного спортивного заведения. Вернее, одно такое учреждение на Котлине всё-таки было, но для доступа туда требовался произвольный сертификат, подтверждающий спортивную квалификацию. Хмыкнув на эту странность, побежал дальше по лесу, высматривая дерево, ветви которого могли бы заменить мне турник.

Не найдя ничего подходящего (сосны уж больно неудобны для подобного применения), решил, что для первого дня будет достаточно одной пробежки. Затем мне пришла в голову идея, и я, остановившись, плюхнулся спиной прямо в снег.

“Так, теперь твоя очередь!” – сообщил я Симу.

“Моя?” – удивился он.

“Твоя-твоя! – подтвердил я. – Разбудил меня, значит, давай и ты тоже тренируйся! Вот тебе моё тело, а я пока попробую в конструкторе нарисовать турник, который можно будет повесить между вон тех двух веток. Место вроде бы удобное. Я занимаюсь, а ты – приступай”.

Странно, я считал, что симбионт с ходу сможет взять контроль над телом, а я останусь этаким наблюдателем и смогу смотреть со стороны на его тренировки. Но, увы, у него не получалась даже такая простая операция, как “пошевелить рукой”.

Поначалу, когда большинство его попыток оказались безуспешными, я даже подумал, что вся эта идея – бессмысленное занятие. Однако через какое-то время понял, что чувствую некоторое онемение в кисти, которой он пытается манипулировать. А ещё его попытки расходовали магическую энергию. Решив, что “это ж-ж-ж неспроста!”, я не стал прерывать тренировку симбионта, а сам продолжил копаться в интерфейсе конструктора.

Задача оказалась не такой уж и сложной, и я довольно быстро начертил несколько цилиндров, из которых можно будет сделать этакий телескопический турник.

Система дополненной реальности очень неплохо помогала мне в этом: достаточно было взглянуть на ветки дерева и сосредоточить внимание на мысленном вопросе, чтобы сделать нужные замеры. Лазить с рулеткой по веткам не требовалось, круто!

Нарисовав простую конструкцию из трёх трубок, в качестве используемого материала я назначил титан. Сделал некоторый запас по размерам нарезаемых резьб, добавил контргаек и пару импровизированных струбцин, чтобы зацепиться ими за ветви. Получилось, что мой будущий турник не будет жёстко скреплять две ветки: одна из трубок свободно входила-выходила в другую. В общем, если деревья будут качаться или если я буду на этом турнике заниматься, это не приведёт к тому, что ветки поломаются.

Система даже услужливо посчитала требуемые для печати моего первого устройства ресурсы. Немного подумав, покрутив будущую поделку в виртуальной реальности, прикладывая её изображение к реальным ветвям, я разыскал нужные пункты меню и раскрасил турник так, чтобы он стал максимально незаметен в том месте, где будет установлен.

В общем, первой поделкой я остался очень доволен. Нажав виртуальную кнопку “Сохранить файл”, я обратил внимание на появившееся меню. Там были кнопки, что позволяли отправить чертёж на аукцион. Если их нажать, то другие люди смогут напечатать такой же турник, оплатив его создание кредитами. Интересная возможность, жаль только, все эти разделы были заблокированы по причине того, что в списке моих сертификатов отсутствовали нужные.

“Так, записываем, – пробормотал я вслух. – Нужно получить какой-нибудь спортивный сертификат, а ещё вот этот – конструкторский”.

“Запомнил!” – откликнулся на мои слова Сим.

Поняв, что подзамёрз лежать так на снегу, я вскочил, отряхнулся и потрусил обратно домой.

Пробегая по улицам, старался растягивать ауру, чтобы почувствовать других людей, а также вывел окошко лога из своего будущего “радара” – пока это был просто список событий о людях поблизости. Визуализацию к нему ещё предстоит приделать, однако даже сейчас это довольно полезный инструмент: учитывая направление движения, можно даже интуитивно (без карты) предсказать, где находится тот или иной человек, появившийся в радиусе чувствительности Системы.

Вернулся домой я где-то за полчаса до завтрака. Поднявшись этажом выше, нашёл свободную душевую, помылся и отправился есть.

Приблизительно в одном и том же ритме я провёл где-то дней десять. Распечатал свой турник, а затем следующим же утром повесил его в присмотренное место.

Каждый мой день начинался с того, что я, вооружившись двумя “бабочками”, выбегал за ворота базы, добегал до леса и, время от времени меняя скорость, добирался до своего турника. Там делал несколько подтягиваний, стараясь, чтобы их было не меньше, чем вчера, а затем бежал назад.

Уже где-то день на третий-четвёртый довёл до автоматизма движения, которые требуются, чтобы раскрыть “бабочку” правой рукой. С левой дела обстояли хуже, а с одновременной работой обеими конечностями так и вовсе всё было плохо. Однако прогресс наблюдался, и я планировал, что скоро научусь не столько эффективно, сколько эффектно держать в руках эти ножи.

Кто-нибудь спросит: кому нужна эта эффектность? Главное ведь эффективность! А я отвечу: эффектность производит впечатление. Заставляет противника думать, что за красивым фасадом скрывается не менее крутая начинка.

На турнике, увы, прогресс был куда менее заметен. Если в первый день смог подтянуться всего семь раз, то сейчас с грехом пополам довёл это число до десяти. Однако я не отчаивался: некоторая ломота в мышцах чувствовалась весь день, и я исходил из того, что это хороший признак.

А ещё я немного тренировал магию. Особенно магический отвод глаз. Поначалу бегая, я избегал встреч с людьми. Теперь же вовсе перестал от них уклоняться, и напротив, даже начал на них рассчитывать.

Если оказывалось, что впереди всего один-два человека, я не скрываясь пробегал мимо них, на ходу кастуя руну отвода глаз.

Чаще всего прохожие совсем меня не видели, реже – замечали уже после того, как я пробежал – оглядывались, иногда даже что-то кричали вслед. Странная реакция. Как я понял, самостоятельные занятия спортом – штука в этом мире нераспространённая. Нужно бы разобраться, почему так.

А вот у Сима прогресса не было никакого. Максимум, что он пока может – вялое шевеление указательным пальцем моей левой руки. Причём, что интересно, у него тем лучше получается, чем более я на что-нибудь отвлечён. То есть это выходит не его тренировка, а наша общая: моя и его. Я пытаюсь уйти в этакую медитацию, отстраниться от чувствования тела, а он наоборот – пробует перехватить управление.

Однако пусть успехи и скромные, раз уж начали, будем продолжать.

Знакомых или тем более близких друзей я пока не завёл. Единственный человек, с которым немного общаюсь, – Николай. Перед моим первым заплывом он по своей инициативе проконтролировал, чтобы я не оказался в море без батареек. Вряд ли это привело бы к смертельному исходу (думаю, всплыл бы, если что), но в любом случае за это я был ему благодарен. Встречая его, всегда с ним здоровался, он отвечал дружелюбной улыбкой.

А в целом моё одиночество сильно разбавлял Сим. Общение с ним, правда, несколько напоминало разговор с искусственным интеллектом моего мира, за тем исключением, что он мог инициировать разговоры сам, а ещё вносить предложения. Как оказалось, разрушив барьер между нами, я дал ему доступ к своей памяти, а потому у него часто получалось что-нибудь там подсмотреть. В общем, играть с ним, например, в карты было бы бесполезно: во-первых, он видит моими глазами, а во-вторых, может подсмотреть в мои мысли. Я, правда, тоже могу, но поскольку память у него пустая – как у новорождённого, смысла в этом немного.

По работе плавал я пока недалеко. Сохранив магические метки на своей предыдущей бригаде, постоянно отслеживал их перемещения и наносил на карту места, в которые они наведывались. Сам же большую часть времени проводил в окрестностях нашей первой вылазки – у маяка. Магических животных избегал и в основном только собирал жемчужины, светящиеся в магическом зрении сильнее других. Как правило, каждый мой заплыв занимал часа четыре-пять и приносил в копилку три-десять жемчужин.

В среднем норму я перевыполнял, но избыток не сдавал – использовал на себя, поднимая свой магический резерв ежедневно на десять-пятнадцать единиц. Сейчас моя магическая ёмкость составляет 308 эргон.

Вообще, судя по батарейкам, три сотни эргон – это сумасшедшее количество энергии. На этом запасе можно проплыть под водой пару сотен километров, и при этом всё время быть обеспеченным воздухом, который просто материализуется внутри баллона. Оказывается, магия – очень крутая штука. И очень грозная. Страшно подумать, что может сотворить маг с сорока миллионами эргон маны. Увы, со смертью Кондора я утратил доступ к такому гигантскому запасу. Впрочем, горевать не стоит.

Где-то на пятый день моего пребывания на Котлине меня вызвали повесткой в местный военкомат и поставили на военный учёт. Выглядело это учреждение приблизительно так же, как и в моём мире, а потому описывать его я не буду. Грозного вида тётенька пожурила за то, что не явился сам, хотя и должен был. Что интересно, время, проведённое в учебном центре, у них засчитывалось за уважительную причину отсутствия, а потому получается, если хочется откосить, нужно просто залезть в учебку.

Фиолетовый статус налогоплательщика позволяет мне не ходить в армию, и этим правом я собираюсь воспользоваться, но пока решил его не светить. В анкете, что попросили заполнить, указал, что планирую жить на Котлине до осени 2026 года.

А после придётся идти учиться в эту чёртову магическую академию. Вообще, магию бы я поизучал, но как-то совсем не хочется лезть в это аристократическо-дворянское гнездо. Может быть, за оставшееся время удастся что-либо придумать? Посмотрим.

А на двенадцатый день, двадцатого декабря, состоялся тот самый большой выход, о котором рассказывали мне при приёме на работу. Большой выход – это когда несколько бригад (как позже выяснилось – около половины всего наличного состава базы) вывозятся в место, потенциально более богатое на улов.

По такому случаю нам даже выдали кое-что из дополнительного снаряжения. Дополнительные батареи я брать не стал (был запас своих), а вот многозарядный гарпунный пистолет меня заинтересовал. Прикинув его вес, я решил, что лишним не будет, и потратил несколько жемчужин со своего баланса на приобретение этого гаджета. Теперь, если что, могу сделать целых пять выстрелов вместо одного. При этом этот гарпун принадлежит мне, и возвращать его после большого выхода не требуется.

Также к этому времени обзавёлся ещё и парой удобных ласт. Большинство подводников почему-то считают их ненужным аксессуаром, для передвижения используя исключительно скутер. Однако мне их не хватало, а потому я решил игнорировать направленные на меня косые взгляды. Ласты я надевал непосредственно перед погружением или сразу после, а потому в момент неприятного знакомства с шестнадцатой бригадой мои руки были заняты.

Слушая разговоры и объявления куратора, я продвигался к стоящему у пирса катеру, не обращая внимания на толпящихся вокруг подводников, и, когда меня очень невежливо пихнули в бок, споткнулся и полетел на землю.

Не ожидая агрессии со стороны своих коллег, сперва даже не понял, что случилось. Брякнувшись и разбросав ласты и маску в стороны, я некоторое время повалялся на земле, а потом потянул к себе свои вещи. В этот момент на резину ласты кто-то наступил, и я наконец понял, что случившееся – не случайность.

Подняв глаза, увидел ухмыляющегося чувака в таком же, как у меня, гидрокостюме. Что интересно, к нему вела одна из моих магических нитей-меток.

– Э? Чего надо? – спросил я.

– Ты, стало быть, тот самый новенький, что появился здесь шестого декабря?

– Седьмого, – машинально поправил я, – а что?

– Мы тебя вычислили! Это был ты!

– Э? – удивился я. – Был где?

Говоря это, я перестал тянуть за лямку ласты, а сам встал.

– Не придуривайся! – рявкнул он. – Ты был в учебном центре?

– В учебном центре? – тупо повторил я. – Ты о чём?

– Дмитриевич сказал, что ты пришёл уже обученный! – мой собеседник начал закипать.

– И? – пожал я плечами. – Законом это не запрещено.

Тут же вспомнилась странная реакция директора базы, когда он услышал, что сертификат обучения у меня уже имеется.

– Ты учился в нашем центре! – не то заявил, не то спросил он, а затем, едва не переходя на визг, продолжил: – Не заплатил плату за вход! И на выходе сбежал! Что ты сделал с дежурными?

В этот момент проявился Сим и, ничего не говоря, напомнил об имеющихся у меня возможностях. Послав ему мысленный лучик благодарности, я сконцентрировал шарик энергии в солнечном сплетении и второй – за глазами. Затем выдохнул, спокойно покрутил в голове полученную информацию и ответил:

– Ты меня с кем-то перепутал!

– Что? Ты? Сделал? С дежурными? – заорал он, окончательно выходя из себя, и бросился на меня с кулаками.

Корректируя в конструкторе своё телосложение, я преследовал лишь одну цель – отличаться от прежнего образа. Не совсем пропорционально удлинив себе конечности, сделал своё тело похожим на этакую обезьяну – тогда мне казалось, что это верный способ: иметь некоторую уродливость будто бы от самого рождения.

Сейчас же длинные руки оказались кстати. Аккуратно перехватив противника в районе плеча, я отстранил его на максимальное от себя расстояние – так, что он даже теоретически не мог до меня достать. Добавив остаток магической энергии в пальцы, с силой сжал их, добившись, что мой оппонент задёргался от боли.

– Отпусти его, урод! – закричал мне кто-то.

Чуть разжав хватку, я оставил энергию только в солнечном сплетении, а затем спросил:

– Что за дежурные и что с ними случилось?

– Их-х, н-нашли м-мёртвыми, – пробубнил задира.

– А что полиция? – задал я вопрос и по реакции окружающих сразу понял, что глупый.

– Полиция? Ты идиот? Полиция к красным не приезжает! Да отпусти ты!

– Когда как, когда как! – я сделал вид, что мне известны случаи обратного, а затем перевёл тему: – Так и при чём здесь я?

– Тот, кто их убил, занял комнату в учебке. А когда она освободилась – появился ты.

Сказав эти слова, парень наконец вырвался из моего захвата. Впрочем, я уже не сильно и препятствовал, поскольку было видно, что агрессии в нём больше нет.

– Я приплыл паромом седьмого декабря, – повторил я, придерживаясь своей легенды.

– Почему тупим? – послышался командный голос со стороны, и все отвлеклись.

Повернувшись с остальными, я увидел первого в этом мире мага. Довольно невзрачного вида мужичок, одетый в обычного вида гидрокостюм. Сложения он был скорее хлипкого, рост ниже среднего – не больше ста шестидесяти сантиметров.

Но главным, что привлекло моё внимание, было не то, что могут увидеть простые люди, и, если верить Симу, не то, что могут увидеть и маги. Аура этого человека светилась как этакая яркая лампочка.

“Не меньше миллиона эргон!” – сделал оценку Сим.

Скользнув по нашей группе взглядом, неизвестный маг проследовал к катеру, стоявшему у пирса. Судя по тому, что мой внешний вид не привлёк никакого внимания, мою ауру он действительно не видел.

– Позже поговорим! – бросил в мою сторону мой визави.

– Всегда пожалуйста, – пожал я плечами, а затем, повинуясь какому-то наитию, протянул ему руку. – Андрей, Андрей Перов.

– Олег, – спустя некоторую паузу ответил он.

Поскольку инцидент как-то сам собой рассосался, я собрал свои ласты и двинулся за остальными на катер. Судя по разговорам, выезд предстоял непростой.

Стараясь не выделяться, перешёл по трапу на борт и огляделся. Каюты здесь не было, вернее, её роль играла палуба под импровизированным навесом.

Я бы сказал, что эта посудина предназначена для летней эксплуатации, но, похоже, подобные мелочи работодателя не слишком и интересовали. Правда, хотя на улице была зима, гидрокостюмы, в которые были облачены практически все, неплохо защищали от пронизывающего ветра.

Вдоль левого и правого бортов на палубе были расставлены сиденья, что делало катер похожим на салон небольшого самолёта из нашего мира, правда, места здесь было куда больше.

Присмотрев себе местечко где-то в середине, я юркнул на него и стал слушать вводную о предстоящей г-хм… операции. Впитывая информацию, я разглядывал ауру мага, что должен был сопровождать нашу экспедицию. По описанию смысл предстоящей вылазки был прост: где-то неподалёку (в трёх часах хода катера) какие-то наблюдатели заметили магическое животное с названием “крок”. Так вот, наша цель – изловить его и извлечь из него жемчужину. Заказчик мероприятия сопровождает нас лично и, как я понял, является представителем дворянского семейства, что владеет нашей базой.

– Барон Бельский, – прошептал знакомый голос слева, и я повернулся.

– О, Николай, привет! И ты здесь?

– Человек шестьдесят, считай, собрали, – пожал он плечами.

– Опасная зверюга? – поинтересовался я, представляя себе этакого крокодила. Название “крок” располагало именно к такому образу.

– Старайся держаться подальше от грунта, и щупальца до тебя не дотянутся, – успокоил меня мой знакомый. – Ты лучше скажи, что вы не поделили с шестнадцатой?

– С шестнадцатой? – переспросил я. – Ты, вероятно, о том странном чуваке, что на меня набросился?

– Да.

– Мне кажется, он меня с кем-то перепутал. У них что-то случилось с какими-то дежурными, и он почему-то считает, что я могу к этому иметь отношение. Кстати, что за дежурные?

– Дежурные? Из какой дыры ты вылез? – Николай посмотрел на меня как на идиота. – Разве у вас не дежурят у учебных центров?

– Э… – не нашёлся я, – дежурят? Зачем?

“В интернете об этом немного информации, – проявился мысленно Сим, – но из того, что есть, можно сделать вывод, что это нечто вроде традиции. Каждый, кто идёт учиться, платит местным жителям этакую дань. В разных регионах по-разному. Где-то треть от всех денег, что есть на счету, а где-то и половина”.

“Х-гм, – поперхнулся я, – ничего себе традиция!”

– Ты же вроде учился, – нахмурился Николай, – у себя там. Где, кстати?

– Эм… – замялся я, – в Москве я учился, – сказал первое, что пришло в голову.

– Ну вот, – утвердительно покивал Николай. – Бывал я в ваших краях, дежурные у вас ещё более лютые, чем здесь. Иной раз и мимо пройти сложно!

Обдумывая эти слова, я продолжал разглядывать ауру мага. Выглядела она, как если бы состояла из двух частей: собственно аура человека, пусть и куда более яркая, а также нечто вроде светящегося обода, идущего вокруг груди. Внимательнее присмотревшись, я в какой-то момент понял, что частей даже не две, а три: свечение вокруг тела человека, светящийся обод вокруг груди и второй слой свечения – вокруг верхней части туловища. Мне вдруг показалось, что нечто подобное я уже видел. Попытался было вспомнить, но от размышлений меня снова отвлёк Николай.

– Так что? – задал он вопрос, очевидно, ожидая ответа.

– Что-что? – переспросил я. – Извини, немного задумался.

– Дежурные в Москве, говорю, ещё более лютые!

– Не знаю где как, но у нас не было принято им платить, – пожал я плечами. – Это ж вымогательство.

– А как же вы попадаете в учебку? – заинтересовался он.

– Ну… – я задумался о том, что разговор заходит в какую-то неудобную плоскость. Ещё чего доброго, меня свяжут с этой погибшей командой дежурных. – По-разному.

– По-разному? – повторил Николай.

– Можно действительно собрать большую компанию и войти силком. Но это, сам понимаешь, чревато травмами и враждой. Мы же поступали немного хитрее: если есть один-два человека, которые не против помочь, то в учебку можно просочиться на халяву.

– Расскажи! – потребовал он.

– Ну… Один отвлекает на себя дежурных, возможно, закатывает скандал. А другой мимо всего этого безобразия – шмыг и там.

– А выходить?

– А выходить так же, – продолжил я импровизировать. – Можно же не покидать учебку сразу, а позвонить знакомым, чтобы провернули ту же операцию ещё раз. Нужно только, чтобы денег было достаточно на случай, если сразу выйти не получится, чтоб можно было переждать. Лучше десять рублей за аренду комнаты за лишний день заплатить, чем половину отдавать бандитам с большой дороги.

– Бандитам? – повторил Николай.

– А как их ещё называть? – скривился я. – Бандиты они и есть.

– То есть дежурить по очереди ты ходить не будешь? – сделал он вывод.

– Не буду, – подтвердил я, – а ты что, ходишь?

– Когда зовут – да. Если повезёт, то это неплохой способ самому заработать на обучение. Ну или на жизнь.

Мой собеседник засмущался. Было похоже, что ракурс, в котором я смотрю на проблему, был для него нов.

– Не могу представить, что стал бы платить за право войти в учебный центр! – продолжил я. – Уж лучше вовсе не учиться, чем кормить нахлебников. Вот, вероятно, перед моим приездом кто-то так же, как я, подумал, вот дежурные и пострадали.

– Да это не перед твоим приездом было, – махнул он рукой.

– А когда же? – я изобразил удивление.

– Летом ещё.

– Х-гм… Выходит, они с лета наблюдали за тем, какие комнаты заняты. А потом прямо перед моим приездом одна из них освободилась. Получается, не только у нас в Москве, но и у вас здесь кто-то тоже выходит/входит в учебку в обход дежурных! А я, стало быть, не в самый удачный день к вам припёрся. Пару деньков бы до или неделькой бы позже. О, отшвартовались!