Аскет

Попаданцы. Техномагия.

2026

(версия - 0.1-198-g5842a85, сборка от 07.05.2026 13:53:18)

Эд Нерский (UNera)

07.05.2026 13:53:18

Часть 8. Искажённые умы

Дороги и озёра

Я открыл глаза и несколько минут просто лежал в темноте, вслушиваясь в мерный, успокаивающий гул вентиляции. Моё спальное место – пластиковая коробка в дешёвом подвальном “отеле” для ловцов жемчуга. Тесно, но зато дёшево и безопасно. И совсем не душно – система вентиляции здания забирает воздух именно под землёй, потому, хоть и подвал, а здесь всегда свежо.

Спится отлично, но сны, сны… Редкая ночь обходится без них.

Сегодня мне снова снилась Наташка. Мы ехали в нашей машине по бесконечной ленте шоссе. Слушали радио, она смеялась…

Всю жизнь, сколько я себя помню рядом с ней, она обожала путешествовать. Причём путешествовать не в том смысле, чтобы нацепить на спину тяжеленный рюкзак, уйти в непролазную тайгу и кормить там комаров, ночуя в пропахшей дымом и сыростью палатке. Нет, Наташка любила комфорт. Её идеальный отпуск – это приехать в какой-нибудь новый, незнакомый город, заселиться в хороший отель с нормальным душем, кроватью и хорошо бы – стиральной машиной, а затем целыми днями бродить по музеям, старым улочкам, паркам и прочим достопримечательностям.

Сам я к этим туристическим Меккам всегда относился довольно ровно. Ну, лежит в лесу какой-нибудь огромный древний камень. Ну камень и камень, чего к нему паломничество устраивать? Ледник притащил тысячи лет назад, делов-то. Или развалины какой-нибудь крепости – подумаешь, кирпичи да глина! Но, несмотря на мой прагматизм, эти совместные поездки мне всё равно нравились. Мне нравилось видеть её горящие глаза, слушать, как она зачитывает исторические справки из путеводителя, как рассуждает о том, как плохо, что эти руины начали восстанавливать. Теперь это будет совершенно “не то”! Ха-ха!

А потом мы накопили на собственный автомобиль, и наши путешествия вышли на новый уровень. Мы стали проводить отпуска в дороге – постоянно переезжая из города в город, наматывая на колёса тысячи километров. Утром – в Москве, вечером – в Питере, следующим вечером – в Петрозаводске, а потом дальше, дальше и дальше. Насколько хватало сил и времени.

Здесь, в Питере и его окрестностях, мы тоже бывали много раз. Объездили вокруг абсолютно всё. Даже Кронштадт наш я лучше помню, чем знаю этот – местный. Эх! Вот бы Наташку сюда! Она бы уже разобралась и в местной географии, а заодно и в социальном устройстве.

Из поездок сюда особенно тепло мне вспоминались летние – когда на севере стоит короткая, недолгая, но жара, и в местных озёрах можно купаться.

Жёлтые песчаные пляжи, высоченные мачтовые сосны по берегам, нагретый солнцем смолистый воздух… Всё это делает отдых в этой местности уникальным. Пожалуй, здесь даже лучше, чем в каком-нибудь Египте, главная ценность которого только в том, что горячее солнце там доступно круглый год.

Песочек или трава у воды. Тень и густой хвойный запах. И путь от одного озера к другому. Непрерывная дорога с раннего утра и до самого вечера, от одного забронированного отеля до следующего. С множеством остановок: у красивых водоёмов, у придорожных кафе с вкусным кофе, у каких-то местечковых музеев и усадеб. Иногда мы включали музыку, и Наташка что-нибудь рассказывала о недавно прочитанном, а иногда ехала молча, глядя в окно на проносящиеся мимо леса, а я просто крутил баранку и ощущал себя абсолютно, безоговорочно счастливым человеком.

Я тяжело вздохнул, чувствуя, как внутри ворочается глухая тоска. Как она там без меня? Плачет? Или уже смирилась и пытается жить дальше? Дети, конечно, не оставят, поддержат, но…

Так, всё. Хватит раскисать.

Разговор с этим инспектором чётко обозначил мои перспективы. Они знают, кто я, и хотят меня использовать. Но если я собираюсь вернуться к ней до того, как истекут установленные мной пять лет, пора переставать бездельничать и плыть по течению. Нужно продолжить разбираться с местными технологиями. Понять, как работает вирт, фабрикаторы, магия. Докопаться до сути.

Я повернул защёлку, и дверца моей спальной ячейки со скрипом отъехала в сторону, впуская тусклый свет из коридора. Свесив ноги на прохладный бетонный пол, я потянулся за штанами и вдруг замер.

В паре метров от меня, робко переминаясь в полумраке подвала, стояла Арина. Та самая девчонка из “клана”, которую я не так давно оттащил в чёртов учебно-медицинский центр.

Она смотрела на меня во все глаза, а её новые, заново выращенные ноги выглядели совершенно здоровыми.

– Привет! – я хмыкнул, оглядывая её практически мужской прикид.

Ну да, не заморачивался я с покупкой женских вещей для неё. Думал, ей только до дома добраться – пофиг в чём. И чего это она не переоделась?

В ответ на моё приветствие она почему-то размашисто перекрестилась и… ударилась в слёзы. Да что, блин, за хрень тут творится?

Ноша

@Андрей @Арине: Здесь вот собирай, а я отплыву к той расщелине. Если что – пиши.

Отправив сообщение, я развернул скутер и дал лёгкую тягу, оставляя девушку копошиться над россыпью раковин, которые предварительно нашёл своим магическим зрением.

Навязанная мне роль спасителя и опекуна откровенно напрягала. Никаких романтических иллюзий по поводу этой девчонки я, естественно, не питал. Для меня она была ребёнком – причём ребёнком чужим, глупым и наивным.

Но и бросить её там, в подвале, я тоже не смог.

Когда Арина расплакалась, выяснилось, что возвращаться ей некуда. Пребывая без сознания, она вообще не была в курсе происходящих вокруг неё событий. Очнувшись в медкапсуле, она крайне удивилась тому, что вообще там оказалась. Последнее, что она помнила – страшные зубы, сомкнувшиеся на её лодыжках и мысль о том, что кричать нельзя – мундштук изо рта выпадет.

Решив, что о ней позаботились именно её собригадники, сразу из медцентра на своих новёхоньких ногах она прямиком отправилась к ним. Но, увы, “клан” встретил её неожиданно холодно. Ей популярно объяснили, что она – балласт, который им больше не нужен. Свои долги она теперь должна выплачивать сама, а о своём вкладе в общак ей стоит забыть.

Вот и стала она думать: “куда же теперь податься?” С огромным минусом на балансе, как у неё, другие бригады к себе её точно не возьмут – присоединение к бригаде означает перенос её личного долга на общий счёт, а кому охота платить чужие долги, при наличии своих-то? В итоге пришла она ко мне – к кому ещё идти, если не к тому, кто один раз уже помог?

М-да. Ситуация.

Пораскинув мозгами, я понял, что единственный выход для неё – стать настолько полезной, чтобы другие бригады считали её нужной, чтобы были готовы взять даже с учётом долгов. А самым полезным свойством человека на базе считалось ровно одно: наличие в его вирте навигационного модуля.

Именно это я ей и предложил. Свою новую жизнь она должна строить исходя из цели получения необходимого для этого – жёлтого статуса.

Разбираясь с нюансами этого процесса, я выяснил, что он не так-то и прост. Статус на этой планете человек должен выбрать как можно раньше. Почему? Потому что чем дальше, тем его смена сложнее!

Чтобы перейти с бесплатного “красного” статуса на “жёлтый”, дающий право купить ту навигацию, нужно не просто начать отчислять государству тридцать процентов от доходов. Требовалось также погасить текущую недоимку – выплатить эти самые тридцать процентов за всю свою предыдущую жизнь, начиная от рождения.

К счастью, Арине было всего семнадцать, и, конечно, большую часть жизни она была ребёнком и ничего не зарабатывала. Однако сумма её “налога за жизнь” составляет что-то около тысячи золотых рублей. Для неё – цифра астрономическая. Для меня – раньше была бы копейками, но после блокировки инспектором моих счетов (расскажу об этом позже), я оказался так же пуст, как и она.

Всё что у меня на сегодня есть – фиолетовый статус, что сжирает девяносто процентов от любого дохода. Миллионы Кондора, которыми я впрочем и не особо пользовался, теперь недоступны. Так что помочь ей деньгами я не смог бы при всём желании. Да, пожалуй, и не стал бы.

Поэтому я предложил ей схему: я беру её с собой в рейды, она как и раньше собирает жемчуг, но всю добычу теперь расходует на то, чтобы погасить долг перед налоговой – и дойти до жёлтого статуса, а так же на то, чтобы избавиться от долга перед базой.

Как только она доберётся до этого самого статуса, то купит себе модуль навигации, и дальше пусть идёт на все четыре стороны.

Единственное, чего я от неё потребовал за свою помощь – это клятвенное обещание больше никогда не влезать в долги. “Лучше жить в пластиковой коробке, в подвале и жрать дешёвую кашу, – внушал я ей, – чем быть кому-то должным!”

Здесь в моих наставлениях очень помогала её религиозность.

Вообще, меня это, конечно, сильно вымораживало. В каждое второе предложение она умудрялась вставить “промысел божий” или “ангел-спаситель”. Меня это жутко бесило, но в итоге я решил использовать этот сдвиг по фазе в своих целях.

“Раз уж ты считаешь, что меня тебе послал бог, – заявил я ей, скривив лицо, – то и слушай мудрость из моих уст. Долги – это рабство. Твоя цель – независимость”.

Сейчас, плывя над водорослями, я размышлял о том, как вообще устроена экономика этой базы. Очевидно, что вся система здесь специально спроектирована так, чтобы каждый ловец со временем накапливал неподъёмный долг. Снаряжение дорогое, еда и жильё дорогие, а жемчуг без магического зрения собирается крайне тяжело. В итоге человек оказывается на крючке.

Зачем это базе? Для удержания рабочей силы? Скорее всего. Или… как способ рекрутинга слуг?

Мне вдруг вспомнился тот выход на Гогланд и предложение Бельского простить все долги в обмен на вступление в ряды “слуг рода”. Позднее я специально копался в сети, изучая этот вопрос. Оказалось, что слуги рода платят ровно тот же налог, что и “жёлтые” простолюдины – тридцать процентов. Вот только платят они его не государству, а конкретному роду.

Вчера я пытался вбить это в голову Арине: “Лучше платить безликой Системе, чем конкретным дворянам. По крайней мере, Система не требует, чтобы ты приносила клятвы не только за себя, но и за своих будущих детей и внуков!”

Не уверен, что она всё поняла, но головой кивала усердно.

Клятвы… Вот же мерзкий мирок! В голове не укладывается, как так может быть, что один человек несколько веков назад поклялся, а другой (его потомок) вдруг стал клятвопреступником. Какое-то тупое средневековье здесь, да ещё и с магией и нейросетями. Бр-р!

Цена слова

Клятвы…

Мои мысли снова скользнули к тому разговору с инспектором Савельевым в кафе. К финалу нашей беседы, когда я озвучил ему свои условия: четыре с половиной года службы в обмен на возврат домой.

Выйдя из состояния лёгкой прострации, Савельев тогда быстро взял себя в руки. На моё предложение он ответил весьма уклончиво, пообещав лишь передать мои слова “наверх”.

– А что за клятвопреступления вы упоминали? – спросил я его тогда, делая глоток остывшего чая. – В чём конкретно вы меня обвиняете?

Инспектор скривился, но от прямого ответа снова ушёл.

– Будто вы сами не знаете, – процедил он. – Ваш отказ явиться на общий мобилизационный призыв. Это зафиксировано. И это прямое нарушение долга. А недавние события? Ваш явный отказ от верности монархии и службы государю, повлёкший за собой уничтожение архива? Вы думаете, это сойдёт вам с рук?

Я тогда лишь рассмеялся ему в лицо, продолжая откровенно издеваться над его напыщенностью. Пытался вытянуть из него ещё что-нибудь полезное, но Савельев быстро понял, что я просто играю на его нервах.

– Что ж, раз вы продолжаете настаивать на том, что вы не Кондор, – холодно заявил он в самом конце нашей встречи, поднимаясь из-за стола, – то и финансами рода Кондор вы распоряжаться не вправе. Властью, данной мне Государем, я конфискую все эти денежные средства. От сего момента и далее они будут храниться на специальном счёте Службы охраны, и будут возвращены только представителю рода Кондор, когда таковой… появится или определится со своим статусом.

Оставил, гад, за собой последнее слово. Ну да ладно. Главное, что от меня отстали. Пока отстали. М-да.

Сейчас, мерно скользя над песчаным дном, я наконец-то смог спокойно сопоставить все факты. Картина вырисовывалась любопытная.

Из всех его слов следует, что я как бы совершил три клятвопреступления. Ума не приложу, в чём суть той клятвы, но результатом первого стала смерть монстра. Вернее, не смерть, а выпадение его в этот их Астрал – не важно.

Клятвопреступление второе – отказ явиться на мобилизационный призыв. Я на него не отреагировал, а затем и адресное приглашение послал подальше. И именно в ту ночь меня скрутило так, что я чуть не сдох, а мой резерв рухнул в ноль. Я-то считал, что это была атака какого-то сильного мага.

А выходит… выходит, никакой атаки не было. Это сработал какой-то механизм наказания за нарушение клятвы, за которую я почему-то должен нести ответственность.

Г-хм. А кто клялся-то? Кто-то из предков этого Кондора – других версий вроде и не видно. “Я и мой род клянёмся защищать Россию!” – или как-то так это обычно звучит? Вероятно, Кондор давал такую клятву в тот момент, когда эмигрировал в Россию из Британии.

И, наконец, клятвопреступление третье: мой отказ от верности монархии. Савельев упомянул, что это привело к уничтожению архива. Сгоревший архив Царской Охраны в Адмиралтействе – стало быть и эту “часовню” тоже я сжёг. Ха-ха! Пазл собрался!

Из последнего случая следует, что механизм контроля клятв в этом мире завязан на какие-то физические артефакты. Две нити, которые я с таким трудом порвал, получается, связывали меня не с человеком, как я тогда подумал, а именно с таким артефактом. А мыслеформа “ты обязан” – это, стало быть, клятва кого-то из моих местных предков? Но я отвлёкся. Самое информативное здесь то, что когда я оборвал эти чёртовы нити, то артефакт в архиве попросту взорвался или загорелся, подпалив всё вокруг.

Вот оно как было!

Получается, что тот пожар, который я считал удачным отвлечением внимания от убийства двух видящих магов в Питере, – тоже моих рук дело. А сами маги вообще были ни при чём! Они не следили за мной, не атаковали меня ночью.

Я убил их просто потому, что… “Извините, ошибочка вышла!” Хе-хе! Ну и потому, что мне нужна была их энергия – синева из их аур.

Испытываю ли я по этому поводу угрызения?

Я прислушался к себе. Ни капли.

А тот разнаряженный франт в дорогом пальто, который пристал ко мне у канала вместе со своим телохранителем-громилой, – сам вообще виноват.

Да и чего рефлексировать? Жалко – не жалко. Раскаиваюсь – не раскаиваюсь. Всё это мелочи. Главное, что благодаря этим видящим я смог вытащить с того света Сима, ну, и избавиться от глупых клятв.

Клятв, которых я никогда не давал. А кто там их приносил? Какой-то из далёких предков Кондора? Да и хрен с ним. Я – не он. Да и мир этот не мой.

Инженерия и синева

С того памятного разговора с Савельевым, когда этот напыщенный индюк заморозил мои счета, мне приходится рассчитывать только на заработанное. Резерва или финансовой подушки больше нет. Впрочем, отсутствие кредитов меня не так сильно и расстроило. Может быть, теперь от меня отстанут?

Без кредитов, конечно, не так свободно, как прежде, но и в том “прежде” я не сказать, чтобы активно их использовал. Сколько там было изначально? Миллиард и сто миллионов? П-ш-ш-ш! Я сделал из них пять. Пять миллионов из миллиарда! Надеюсь, Кондор смотрел на это всё из своего астрала и его там тошнило.

Ну а мне в целом его деньги не были нужны изначально. Сейчас у меня есть магическое зрение, утилизатор и фабрикатор. А понадобятся рубли – заработаю. Здесь же под боком море, полное жемчуга!

Налоги, правда, садистские, зато за вещи можно платить “вторсырьём”. Как в детстве – в СССР: принёс в магазин десять пустых бутылок, а в обмен тебе выдали две полные, да ещё и мелочи насыпали. Здесь же роль использованной тары выполняет абсолютно всё: от минералов до энергии.

А покупать еду в фабрикаторе (оплачивая её энергией) оказалось даже удобнее – можно обедать прямо здесь, не ходя в столовую. Еда не такая уж дорогая, чтобы париться вопросом её стоимости.

Ради интереса, я несколько раз заказывал в фабрикаторе один и тот же обед: борщ и котлету с пюре.

И здесь всплыл один любопытный факт: в каждой новой порции раскладка ингредиентов едва заметно, но отличалась. То котлета чуть более плоская, то супа на полсантиметра меньше, то картошка лежит под другим углом. Не говоря уж о положении котлеты: она – то с краю, то в центре.

В общем, еда выглядела так, будто её не фабрикатор синтезирует, а какой-нибудь повар в столовой раскладывает в тарелки или контейнеры. Нет, это совершенно точно не фабрикатора “рук дело”! Если бы синтезировал пищу он (молекула за молекулой по заложенной схеме, как классический 3D-принтер), то результаты были бы идентичны до миллиграмма.

Но они отличаются! Какой вывод из этого следует?

Еду фабрикатор не готовит. Во всяком случае, это справедливо для тех блюд, что я заказывал. Получается, он работает как этакий продвинутый телепорт. Конечно, это моё предположение, но если оно верно, то многое объясняет и даже проливает свет на загадки, что мучили меня ранее.

Итак, где-то какой-то предприниматель, возможно, на огромных автоматизированных кухнях, варит эти борщи и лепит котлеты. Затем каким-то образом, как те чертежи, помещает продукты в “память” Системы. Но поскольку эта “память” теперь хранит не схему, а настоящий объект, то это получается внепространственное хранилище.

Далее из этого хранилища предмет и перемещается прямо в лоток фабрикатора.

Нет, конечно, объяснение может быть и другим. Например, что суп всё же превращается в схему однократного действия, а фабрикатор его именно печатает. Такое тоже возможно. Но в этом случае непонятна природа этой самой однократности.

Хотя, конечно, этот мир же магический – всякая ерунда в нём возможна.

Но если вернуться к этому механизму, то вот оно, объяснение, почему управляющие камешки устройств не одинаковые. Они, получается, тоже не печатаются, а перемещаются из такого хранилища! И именно потому они все разные! Как борщи и котлеты.

К сегодняшнему дню я расковырял довольно много разнообразных приборов и вытащил из них эти самые камни. Ни одного совпадения! Они всегда разного размера и формы.

Размышляя над тем, откуда могут браться эти самые камешки (надо, кстати, придумать им название), я провёл эксперимент с их утилизацией.

Результат получился довольно занятный.

Во-первых, если оценивать в деньгах, то одно такое ядрышко (буду называть эту часть многих устройств интеллектуальным ядром или просто – ядром) стоит довольно недорого. Меньше одного кредита. Стоимость неточная – зависит от размера. Ядра покрупнее – дороже, помельче – дешевле.

Во-вторых, химический состав практически один к одному совпадает с составом жемчужин, что я добываю по работе. Разница только в пропорциях: ядра содержат меньше адалита и энергии, и больше естественных веществ. То есть адалит в ядрах может содержать ту же тысячу эргон на семь миллиграмм, но в ядре редко бывает больше половины миллиграмма.

Эта похожесть ядер с жемчужинами навела меня на мысль, что ядра не производят, а тоже где-нибудь собирают. Кто-то из моих коллег – сборщики камней, или что-то подобное.

Ещё в первый день, когда я попал на эту работу, мне говорили, что жемчуг есть в очень многих раковинах. Но на стандартные жемчужины не тянет, а потому собирать его бессмысленно. Выходит, в ближайший рейд нужно взглянуть именно на такой жемчуг!

Закончив с железками, я открыл карту залива. Нужно бы поискать более грибные места для рейдов. Сплавать, что ли, куда-то подальше? Но маршрут нужно выбрать так, чтобы можно было передохнуть, поесть, попить. То есть нужен остров или хотя бы скала, на которую можно было бы выбраться.

Осматривая ближайшие к Котлину куски земли, я зацепился взглядом за остров Сескар, лежащий километрах в семидесяти на запад от Кронштадта. Далековато. Если пилить туда на стандартном скутере, который в пике выдаёт пятнадцать километров в час, то это пять-шесть часов в одну сторону. С ума сойдёшь от скуки – болтаться под водой столько времени.

В общем, от идеи столь дальнего заплыва я пока отказался, но саму проблему взял, что называется, на карандаш. Выходит, мне нужен собственный, высокоскоростной подводный транспорт. Этакая торпеда с обтекателем, мощными водяными турбинами и куда более ёмкими накопителями энергии. Если бы она смогла выжать хотя бы тридцать километров в час – уже можно жить. Надо будет набросать чертежи на досуге.

Но сейчас, раз уж речь зашла об энергии, пришла пора окончательно прояснить для себя разницу между маной в батарейках и “синевой”, что я вытягиваю из жемчуга и “метки смерти”.

О разных видах энергии я знаю довольно давно – ещё с тех пор, как попытался сравнить батареи с жемчугом. Тогда выяснилось, что под понятием “энергия” Система раскрывает список из нескольких видов:

органическая – это, как я понял, мана;

жизненная – это, как я понял, синева;

и “смысловая” – но что это, я пока не знаю.

Каждый из трёх видов внутри себя делится на спектры по цветам. Бывает, например, органическая фиолетовая или жизненная фиолетовая. Если фиолетовую ману я уже видел (барьер Сима состоял преимущественно из неё), то фиолетовую жизненную я не встречал. Возможно, ей наполнены жемчужины, которые называют принцессами?

Но вернёмся к батарейкам. Поскольку они содержат в себе простую органическую энергию – ману, то стоит попробовать использовать её для каста заклинаний. Например, для того же “отвода глаз”. Сейчас мой резерв всего около трёх сотен эргон – кончается быстро. Если получится использовать энергию батареек – будет круто!

Для опыта я взял стандартную заряженную батарею и сосредоточился на руне “отвода глаз”. Вместо того чтобы использовать энергию из своего внутреннего резерва, я потянулся к внешнему накопителю.

Разумеется, ни с первого, ни со второго, ни даже с третьего раза ничего не вышло. И здесь в мои эксперименты и мысли влез Сим.

– Ты знаешь, – прислал он задумчивую мысль, – а ведь маги бывают разные!

– Разные? – переспросил я. – Что ты имеешь в виду?

– Ну вот в новостях о боевых действиях на фронте фигурируют маги-огневики, маги-воздушники. А Иосиф первый был магом-менталистом. И так далее.

– Я думал, что нет никакой разницы. Если бы у меня была руна, создающая воздушный ураган, то я был бы воздушником, а руна, формирующая водяное лезвие, сделала бы меня водником.

– Нет, похоже, всё не так. Да я даже знаю, что всё не так, просто не помню. Но вот, что заставляет задуматься: помнишь, когда ты рассказывал про свои беседы с Кондором, то он говорил тебе, что души все маги видят по-своему?

– Х-гм, – я задумался, припоминая, – да, что-то такое было. Кажется, он говорил, что сам воспринимает их в виде огромных капель.

– Во-от! – обрадовался симбионт. – Что, если Кондор видел капли, поскольку был магом-водником, а тогда ты, получается, маг-воздушник?

– Звучит логично, – хмыкнул я, – но что из этого следует?

– Из этого следует, что все манипуляции с энергией тебе будут даваться легче, если ты будешь представлять их в виде вихрей. Вот из этой батареи ты сейчас просто пытаешься вытянуть энергию. Тянешь туда, тянешь сюда – ничего не получается. А попробуй представить вихрь, что всасывает из батареи энергию и направляет в другой вихрь – в творимое заклинание или в твою ауру.

– Точно, Сим! Я же сам этот способ когда-то открыл, когда ты был без сознания. Таким образом я перенаправлял синеву из жемчуга в тебя! Но я никак не мог связать эти вихри с воздухом.

– Попробуй! – перебил меня симбионт.

И я попробовал. Сперва, как учил меня Кондор, представил вращающийся вихрь энергии. Затем придумал на этом вихре этакое утолщение, что тянет в себя энергию, а в центр этого утолщения я мысленно поместил батарею, которую сжимал в руке. Нити конструкта послушно налились силой, вытягивая ману из батарейки.

Сработало! Ха! Заряд батарей – это просто топливо, бензин для заклинаний!

Теперь, таская с собой достаточно батареек, я могу совсем перестать переживать о том, что энергия кончится! Круто!

Затем я попробовал провернуть обратный процесс: попытался влить свою энергию в разряженную батарею. Фигушки. Вообразить вихрь, выталкивающий из себя поток магического воздуха, оказалось легко. А вот придумать такой вихрь, что вдавливает этот поток в маленькую батарейку, я не смог. Вернее, не успел.

Мои эксперименты были прерваны проснувшейся Ариной. Раскрыв свою капсулу (да-да, последнее время она живёт здесь – по соседству), она выполнила свои традиционные религиозные жесты: пробормотала какую-то там молитву и несколько раз перекрестилась. А я понял: пора на работу. В рейд.

Глядя на эту собирающуюся девочку, я вертел в руках пустую батарейку и продолжал раздумывать о вихрях, о потоках энергии, о том, как кормил Сима синевой, пока он был в бессознанке.

И тут на меня свалилась мысль: “А что, если?…”

Если синева расширяет резерв мага… Если простой человек – это такой человек, магические способности которого проявляются очень слабо…, то что будет, если влить синеву в обычного человека?

В ту же Арину?

Я прищурился, переключая зрение на магический спектр и рассматривая её тусклую, ничем не примечательную ауру. Можно ли, получится ли сделать из неё мага?

Попробовать, что ли?

Круги по воде

То, что я, фигурально выражаясь, бросил булыжник в местное болото, стало понятно довольно скоро. Дежурных, которые тогда не пропускали нас с искалеченной Ариной к медицинскому центру, всё-таки посадили. По формальным критериям то, что они творили, являлось чистой воды бандитизмом, а проигнорировать официальное заявление от налогоплательщика с фиолетовым статусом местная полиция просто не могла.

В результате несколько дней у учебного центра вообще никто не отсвечивал. Позже, правда, поборы возобновились, но мне до этого уже не было никакого дела. Свои проблемы я решил, а спасать мир от несправедливости в мои планы не входило.

Зато у этого болота нашлись защитники.

Как-то вечером ко мне подкатила целая делегация. И заводилой у них оказался тот самый Олег из шестнадцатой бригады, с которым мы уже сцеплялись где-то с месяц назад из-за тех самых дежурных, отправленных мной на тот свет ещё летом.

Он пришёл с компанией из пяти крепких парней. Встали полукругом, перегородив мне дорогу к пирсу, и начали качать права. Требовали, чтобы я немедленно отозвал заявление из полиции, дабы их драгоценных друзей могли выпустить на свободу.

– Слушай сюда, – процедил он и, сделав резкий шаг вперёд, попытался схватить меня за грудки. – Ты не понимаешь, во что влез. Это наши люди…

В прошлую нашу с ним стычку он был один, и я просто воспользовался большей, нежели у него, длиной своих рук – удерживая его на расстоянии. Теперь же с ним была группа поддержки, а потому действовать нужно было иначе.

Заранее готовый ко всему (энергия у солнечного сплетения, за глазами и “отвод глаз”), я легко ушёл с линии захвата, затем, отпрыгнув в сторону, резко разорвал дистанцию. Раз! И в каждой моей руке появляется по “бабочке”. Два! И в левой раскрывается лезвие, а вокруг правой ладони продолжается движение острой блестящей бронзы.

Ежедневные тренировки принесли плоды: теперь я могу не просто эффектно раскрывать “бабочку” любой рукой, но и крутить её правой так, что лезвия и ручки сливаются в сплошной блестящий диск.

Металл тихо лязгнул, когда я отпустил одну рукоять, позволив ножу провернуться вокруг указательного пальца, подхватил вторую и перекинул нож в обратную сторону – оставив лезвие свободным. Вжик, клац, вжик.

Что сказать? Впечатление я произвёл: компания, что надвигалась на меня, раздалась в стороны.

– Мне всё это совершенно неинтересно, – спокойно ответил я, продолжая завораживающее вращение лезвий. – И никакое заявление я отзывать не стану.

А если вы чуток здесь подождёте, минут пять-десять, не больше, то и за вами наряд приедет. Вот прямо сейчас и вызову. Видео приложу, как и в прошлый раз. Переживаете за ребят? Ну вот и станете к ним поближе! Как тебе такой расклад?

Не знаю, что подействовало больше: угроза нового вызова полиции или мелькающие в моих руках лезвия. А может быть, и то, и другое. В общем, продолжать активные действия они не рискнули.

– Ходи и оглядывайся, – зло бросил Олег, сплёвывая под ноги, после чего вся компания ретировалась.

В ответ я лишь усмехнулся: пойди – найди меня, когда я с утра до вечера отводом глаз балуюсь, да радар пиликать теперь на вас будет.

А на следующий день на базе наметился очередной большой выезд. Хочется Бельскому изловить этого крока. А после – опять в слуги будет звать? Не-не-не! Я только от Савельева отбился. Ещё мне Бельского не хватало.

В общем, в большом выезде участвовать не стал. Ещё в прошлый раз заметил, что в состав большой экспедиции входит не более половины всех сотрудников базы, а стало быть, можно присоединиться к другой половине. Поговорил с Ариной, и она подтвердила эти мои мысли: “Главное, – говорит, – чтобы человек пятьдесят собралось. Тогда это количество посчитают достаточным и поедут, не дёргая остальных!”

На том и порешили. Тем более что Арина рассказала, будто её бригада знает несколько “грибных” мест – мест, где добыча может быть значительно богаче той, что мы берём ежедневно. Сверив её слова со своими записями (ещё в первый день я расставил на них на всех метки и с тех пор периодически записывал их перемещения), вместо большого выезда мы отправились на одну из таких полян, что и впрямь оказалась “грибной”.

В общем, дела наши пошли в гору. Плавали мы довольно далеко – почти до другой конечной парома – к самой Стрельне. На дорогу тратили до двух часов в одну сторону. Но зато улов был отличный. Были дни, когда Арина сдавала до сорока стандартных жемчужин!

А я? А я тоже сдавал, но далеко не все. Закрыть норму и небольшой запас – всё. А остальное я расходовал на наполнение синевой ауры девочки. Разглядывая вихри её энергетического ядра, я с каждым днём всё больше и больше убеждался, что я прав. Ещё чуть, и Система сообщит ей о том, что “Энергорезерв пересчитан, текущий резерв составляет столько-то эргон”. Интересно, что она с этим будет делать?

Но время шло, по моим расчётам там уже должно было перевалить за вторую сотню эргон, но перемен в её поведении я пока не видел. Перемены прилетели с другой стороны – откуда не ждали. Вернее, наоборот, ожидаемо.

По вечерам, вернувшись на пирс, мы с ней расходились в разные стороны. Я уходил бегать и подтягиваться на своём турнике, она – не знаю. Мне было не особо интересно, где она и что делает. Её я воспринимал как досадную ношу, которая свалилась совершенно незаслуженно, а ещё как глупого ребёнка с очень неприятными чертами характера – этой показной (как мне казалось) религиозностью. Но люди вокруг, очевидно, воспринимали всё это как-то иначе: девочка переехала ко мне в подвал, ходит со мной в рейды и так далее. Но мне было плевать, что там думают те люди. Плевать до того момента, когда я нашёл её зарёванной – примерно как в ту, первую нашу встречу.

И здесь выяснилось, в общем-то, очевидное. Не сумев наехать на меня, эта гоп-компания решила отыгрываться на ребёнке.

Наиболее активным среди них снова был этот самый Олег, который с чего-то вдруг решил, что нужно требовать у девочки “компенсацию” за бесплатное посещение медцентра и заодно за “попавших в беду” приятелей.

Я уже говорил, что этот мир не воспринимаю, как свой. Вся жизнь здесь – нечто вроде интерактивного фильма. Будь я местным, я действовал бы как-то иначе. Но здесь… Я сделал две вещи.

Во-первых, на следующий день я сказался больным, и в рейд мы не пошли. А шестнадцатая бригада, как и все прочие – пошла. Но один из её членов вдруг захлебнулся. Несчастный случай – бывает. Сердце остановилось прямо под водой.

Во-вторых, я стравил очередных дежурных с полицией. Нет, не вызывая её, как в прошлый раз, а несколько иначе. Но было это днём позже, а сейчас я спокойно засыпал, вспоминая присказку известного нашего политика:

– А что же случилось с лодкой? – задал вопрос журналист.

– Она утонула! – ответил политик.

– А что произошло с чуваком из шестнадцатой? – спросит кто-то из сотрудников базы.

– Он утонул! – ответят его напарники по бригаде, почти три часа тащившие его тело из той далёкой дыры, где его постигла смерть.

А уже завтра, ну или послезавтра, полицейские Кронштадта хором споют: “Наша служба и опасна и трудна…”

Ха-ха!

Провокация

В прошлой жизни я никогда не был сторонником того, чтобы лезть на рожон и наводить справедливость. Да и в этот раз кого-то спасать, наказывать или улучшать эту вселенную в мои планы не входило. Да, я могу среагировать импульсивно (как в прошлый раз с девочкой), и только. Этот мир не мой, и что бы в нём ни происходило – меня не касается.

Но эти ублюдки имели глупость наехать на ребёнка, который – нет, не дорог мне, а наоборот, не имеет ко мне никакого отношения!

Тьфу-ты, опять я называю её ребёнком! Нужно отвыкать.

Итак. Она не ребёнок – девушка, которая не находится в орбите каких-либо моих жизненных планов. Случайный человек рядом. Но самое главное, она – мой подопытный. Моя лабораторная крыса, на которой я изучаю влияние синевы на живые организмы. И этой самой синевы в её “прокачку” вложено уже довольно много.

Да, эта девочка, хоть и была местами невыносима со своей фанатичной религиозностью, но всё же находится в моей зоне ответственности.

До этого случая я сам никогда первым не нападал. Даже с прямой агрессией против меня делать ничего не стал. Посчитал, что “отвода глаз” этой гопоте будет достаточно.

Но теперь границу они перешли, а потому нужно что-то делать. Конечно, они могли “утонуть” все разом (не только Олег), но эту первую мысль я отбросил потому, что подобный инцидент вызвал бы подозрения.

Мало того, как я понял, далеко не все “дежурные” работают именно у нас на базе. Остров большой, различных предприятий здесь достаточно. Нас, подводников, дай бог, если один процент. Если я решу резко проредить их численность, то нужно очень серьёзно подумать, как это провернуть, не привлекая к себе внимания. М-да.

В общем, поразмыслив, я пришёл к выводу, что всей этой гопоте нужно, что называется, переключить внимание, организовав какие-то проблемы такого уровня, чтоб обо мне и не вспоминали. Как говаривал один умный чувак у нас по телевизору: “После того, как я выпил это средство, о простуде я и думать забыл… так желудок свело!”

Раздумывая о местных “дежурных”, я вспоминал о ряженых казаках моего мира. Вот кто – настоящие ублюдки: ходят по улицам, пристают к обычным гражданам, изображают из себя полицию, а на деле – такие же бандиты, как и эти…

Вот как, если бы мне довелось, я боролся бы с ними у себя на родине? Да так же – организуя нечто очень для них болезненное. Только вот что?

Размышляя о вариантах, отбрасывая скучные или негодные, я вдруг вспомнил одну любопытную деталь. В тот раз, когда я притащил искалеченную девочку к медицинскому центру и Сим от моего имени вызывал наряд полиции, копы примчались очень быстро – буквально за пару минут. Позже я даже смотрел по карте – оказалось, что местный участок находился всего в двух кварталах от учебки.

Х-гм. А не стравить ли местных ряженых казаков с местной же полицией?

Всё необходимое у меня есть. Магия – раз. Один интересный сувенир, что я привёз из той памятной поездки в Питер – два. Отличное знание местности вокруг учебки – три.

В общем, план буквально всплыл в моём сознании в законченном виде. И готовить почти ничего не нужно, прямо сегодня всё и устроим!

Дождавшись глубокой ночи, я сбегал к своему турнику. Там, под корнями старого дерева, я его и прикопал – мой трофей от вылазки в Питер.

Развернул полиэтилен – вот он: лёгкий, компактный, удобно сидит в руке. Очень похож на наш земной “Глок”. Проверил механизм – не испортила ли его влага, нет – выглядит отлично. Отстегнув магазин, я разрядил его, проверил пружину и пересчитал патроны. Ровно двадцать штук. Значительно больше, чем я предполагал.

Единственной проблемой могут стать разве что камеры видеонаблюдения. Да, мой “отвод глаз” отлично пудрит мозги живым людям, но против бездушной электроники бессилен. Поэтому придётся маскироваться.

Воспользовавшись фабрикатором, я напечатал себе широченные, мешковатые штаны, куртку с массивными накладными плечами и ботинки на толстой платформе, прибавившие мне добрый десяток сантиметров роста. Причём обувь собрал из разных пар, в которой хочешь – не хочешь, а будешь хромать. Не так, чтобы сильно, но если кто будет смотреть видео – непременно обратит внимание!

Под куртку на спину я надел небольшой рюкзак, плотно набитый тряпками, создав вполне реалистичную иллюзию горба. Лицо спрятал под чёрной балаклавой.

В общем, в таком виде я напоминал сутулого, прихрамывающего громилу, а никак не щуплого подростка.

Около двух часов ночи, рассовав по карманам с полсотни заряженных батареек (вот на чём нельзя экономить – на магии), я выдвинулся к участку.

Сим, наблюдая за моими действиями, почему-то молчал. Да и ладно – потом поговорим.

Добравшись до цели и спрятавшись в тени через дорогу от здания, я внимательно следил за радаром. Картинка была простой и понятной: внутри участка четверо копов-дежурных. А эти три маркера в подвале – это, вероятно, заключённые, сидящие в “обезьяннике”. Так-так-так. На заднем дворе стоят две патрульные машины, но вряд ли кому-нибудь придёт в голову их заводить – выехать они могут лишь в сторону противоположную от нужного мне направления.

Идеально. Пора приступать.

Собрав магическую энергию в нужных точках, я стал совершенно спокойным и холодным автоматом. Затем вышел на освещённый перекрёсток, вскинул пистолет и дважды выстрелил по окнам участка.

Стрелять из пистолета я не умею, а потому на попадания я не особо и рассчитывал. Сделав паузу (как и в прошлый раз с дежурными, на первые хлопки особого внимания никто не обратил) – отправил ещё две пули в окна здания, затем ещё и ещё…

Грохот выстрелов разорвал ночную тишину. Пули крошили штукатурку и выбивали искры из каменных ступеней, разбивали стёкла. Я не особо целился в окна – мне нужен был только шум. Шум и переполох.

И я своего добился. Где-то уже на половине обоймы раздался первый ответный выстрел.

Внимательно глядя на маркеры радара, я сместился чуть за угол и продолжил уже одиночными: “Бах!”, “Бах!”, “Бах!” Высадив пятнадцать патронов (а не так-то много их у меня, оказывается!), я резко развернулся и, тяжело припадая на свои платформы, побежал в сторону учебного центра.

Тревога в участке из неорганизованной постепенно превращалась в действия профессионалов. Хлопнули двери, позади раздался топот тяжёлых ботинок, выстрелы и крики: “Стоять! Бросай оружие!”

Перебегая от угла к углу, постоянно глядя на радар, я то и дело набирал в вихрь “отвода глаз” порцию из очередной батарейки, чтобы тут же направить его в ближайшего преследователя. Как только оказывался под защитой угла здания или арки, останавливался, высовывал руку с оружием и делал выстрел. Ещё. Ещё. Пока патроны не кончились.

Благодаря “отводу глаз”, а батареек на него я не жалел, ответного огня я совершенно не опасался, и зря! Одна из пуль таки чиркнула меня по руке близ запясья. К счастью, энергия, сосредоточенная в солнечном сплетении и за глазами, позволила мне не запаниковать.

Спокойно сунув раненую руку в полиэтилен, в который ранее был завёрнут пистолет, я остановился, вжимаясь в тень арки – как раз в том месте, где я некогда проводил инструктаж Николая. Дежавю однако.

Энергия, батарея – “отвод глаз”, ещё один “отвод глаз” – следующая батарея. Повторить…

Погоня пролетела мимо меня буквально в считанных метрах, вывалившись прямо к самым дверям учебно-медицинского центра.

Доведя свой “паровозик” до нужного места, я притих, наблюдая за дальнейшим развитием событий. А посмотреть было на что.

Вся гоп-компания дежурных собралась в кучу – очевидно, услышав приближающийся шум. Может быть, они всё ещё помнят, что когда рядом громыхает, то это значит, что сейчас кто-то попытается просочиться в учебку, не заплатив? А возможно, просто интересно им стало, что здесь происходит.

В общем, результат получился выше всяких похвал:

Разгорячённые погоней полицейские с оружием наголо вылетели на площадь и с разбегу врезались… в толпу гопников. Раздались новые крики, выстрелы и громкий приказ:

– Всем лежать! Оружие на землю!

Дежурные, естественно, ничего не поняли, начали возмущаться и качать права. Кто-то даже дёрнулся бежать. Началась классическая жёсткая свалка: дубинки, крики, удары, заламывание рук. Кого-то даже, вроде бы, подстрелили.

Подглядывать я не рисковал. Вместо этого, стоя на соседней улице, спокойно следил за показаниями радара: вот маркеры преследователей смешались с маркерами дежурных, а вот их разложили этаким “солнышком”. Когда от участка подъехала первая машина, я решил, что дальнейшее нахождение в этом районе города опасно, и, стараясь держаться тени домов, спокойно отправился домой.

– Ты говорил, – обратился я к Симу, – что концентрируя энергию в нужных местах, можно и лечиться?

– Да!

– Ну тогда контролируй, всё ли верно я делаю.

К тому моменту, как я добрался до своего подвала, кровь уже не шла. Царапина на запястье пусть и выглядела страшно, но совершенно не беспокоила. Сунув в утилизатор всю свою маскировку и разряженный пистолет, я хмыкнул, глядя на наличие органики в составе зачисленных на баланс веществ.

Интересным фактом оказалось то, что моя кровь содержала и магическую энергию, причём сразу все три вида: органическую, жизненную и смысловую.

Но разбираться было некогда. Тихонько поднявшись на первый этаж, я заперся в общем душе, смывая с тела остатки крови, избавляясь от последних улик.

Часом позже, засыпая в своей капсуле, слушая мерное тарахтение системы вентиляции, я не мог прогнать с лица улыбку. Как всё классно прошло. Какой экспромт, и как точно и без единой помарочки.

Вообще, “я” из прошлой жизни подобным методам, наверное, бы ужаснулся. Но дело в том, что тот “я”, что здесь, уже совершенно не похож на того, что был в жизни прошлой.

И что самое странное – этот новый “я” мне почему-то нравится.

Может быть, и не ошибался во мне поисковый алгоритм в руне Кондора? Хе-хе. Ещё как не ошибался!

Тренировка

Проснувшись утром в своей капсуле, я первым делом взглянул на виртуальный календарь. Х-гм. Оказывается, с момента памятного визита инспектора Савельева минуло уже больше месяца. Время летит незаметно – скоро уж март.

Я мысленно потянулся к метке смерти, которую ещё тогда, в кафе, аккуратно прицепил на его ауру. Нить связи натянулась, уходя куда-то очень далеко на запад. Живой пока, индюк напыщенный. Ну ничего, сейчас мы это поправим.

– Сим, ты здесь? – позвал я симбионта.

– Да, бро, – отозвался он. Голос у него был какой-то подозрительно задумчивый, но лезть и выяснять причину мне не хотелось – уж больно хорошим было моё настроение.

– Готовься, сейчас у нас по плану практическое занятие.

– Что за занятие? – удивился он.

– Снова будешь учиться управлять нашим общим телом, – пояснил я, поудобнее устраиваясь на матрасе. – Предыдущие попытки показали, что для нормального перехвата контроля мне нужно максимально отстраниться от физических ощущений. Требуется этакая глубокая медитация, а с ней у меня туговато. Но сейчас я планирую потерять сознание. Чем не идеальные условия для твоей тренировки? Тело будет полностью в твоём распоряжении. В общем, твоя задача использовать это событие по-максимуму, с пользой.

– Потерять сознание? – с удивлением перебил меня симбионт. – С чего это?

– Ну как же, – мысленно усмехнулся я. – Инспектор Савельев ведь был магом, причём магом вроде бы весьма неслабым. Отдача будет приличной.

– Что значит “был”? – не понял Сим.

– Всё, поехали, – не стал я вдаваться в подробности. – Тренируйся!

Не рассусоливая, я сосредоточился на нити, связывающей меня с Савельевым, и резко потянул энергию на себя.

Где-то на краю сознания привычно заработал аналитический аппарат моего мозга, сопоставляющие новые данные со старыми.

Во-первых, я отметил важное обстоятельство, что когда я тяну энергию из метки смерти, то всегда делаю это с помощью вихря. Почему так? Потому что он как бы вертится от самого начала существования метки. Чтобы забрать у жертвы жизнь я просто этот микроторнадо ускоряю.

Во-вторых, я снова понял, что вижу душу человека так, будто она находится рядом, хотя я знаю, что между нами тысяча километров, если не две. Нужно поразмыслить над этим в будущем…

Процесс “касания смерти” запустился мгновенно. Чужая жизненная сила хлынула по каналу связи, пробивая все мыслимые барьеры жертвы. Как и ожидалось, разница в наших истинных резервах оказалась подавляющей. Но всё же инспектор был не простым человеком, а тренированным магом, так что отдача шарахнула меня по мозгам с такой силой, что не успев додумать эту свою аналитику, я рывком провалился в глубокую, вязкую темноту.

…

Очнулся я почему-то от тупой боли. Открыв глаза, обнаружил, что лежу на холодном бетонном полу рядом со своей открытой капсулой, а на лбу наливается здоровенная, пульсирующая шишка.

– Сим? – поморщившись, позвал я. – Какого чёрта?

– Извини, бро, – виновато отозвался симбионт. – Но ты сам сказал – тренироваться.

– И, как я вижу, успехи потрясают?! – усмехнулся я, кряхтя поднимаясь на ноги и потирая ушибленный лоб.

– Именно так, бро, именно так! – в его мыслеголосе зазвучала гордость. – Когда ты отключился, я довольно скоро смог взять контроль над твоим телом. Сперва я просто шевелил руками и ногами. Всё работало, всё было понятно и… приятно. А потом я решил, что пришла пора попробовать встать.

– И?

– И выяснилось, что я совершенно не умею удерживать равновесие. Зрение почему-то кружилось, ноги заплетались, и…, в общем, я упал. Прямо лицом в пол. Нужно было выставить вперёд руки, но у меня пока нет нужных навыков. Ну и вот результат – шишка на лбу.

Несмотря на гудящую голову, я рассмеялся.

– Отличный результат! Главное мы выяснили: канал управления телом функционирует! А координация движений, работа с сигналами от вестибулярного аппарата – дело наживное. Обязательно будем продолжать эти тренировки. Кто знает, в какой момент мне снова придётся отрубиться?

Пребывая в приподнятом настроении (дежурных сейчас маринуют в полиции, а инспектор отправлен на перерождение), я подошёл к соседней капсуле и громко постучал по пластику.

– Арина! Подъём! Пора в рейд!

Пока девочка копошилась, собирая своё снаряжение, я решил заняться своим лбом. Сосредоточив энергию в районе головы, я направил её к месту ушиба. Боль начала быстро утихать, а отёк спадать.

– Не совсем правильно, – поправил меня Сим, наблюдая за процессом. – Если просто заливать ушибленное место чистой маной, как ты это делаешь, то результат, конечно, будет, но не такой эффективный. Попробуй чуть другой подход: концентрацию не на теле, а на ауре. Вообще, смотри не на телесные повреждения, а на аурные.

Прислушавшись к совету, я переключился на магическое зрение и осмотрел энергетический каркас своей головы. В месте шишки силовые линии были смяты и перекручены. Я аккуратно, словно невидимым пинцетом, потянул их на место, выравнивая структуру и заполняя пустоты энергией.

И действительно, стоило каркасу выровняться, как физическое тело тут же откликнулось. Будто в замедленном кино синяк начал рассасываться, и… энергия кончилась. Порывшись в карманах, я достал пару батареек, затем ещё пару, затем ещё и ещё… Пока шишка не исчезла, словно её никогда и не было. Я посмотрел на своё запястье – вчерашняя царапина от пули, которую я лечил простым вливанием энергии, тоже почти прошла, но всё равно выглядела хуже, чем только что исцелённый лоб.

Любопытная механика. Получается, организм строится по чертежу ауры?

Раздумывая над тем, что стоит провести ещё несколько экспериментов, я достал и повертел в руках одну из “бабочек”. Ладошку, что ли, себе порезать?

Хотя нет, не при Арине же этим заниматься. Да и пора на работу.

Кстати, девочка сегодня с самого утра на редкость какая-то тихая и задумчивая. Что это? Интересно. Всё ещё переживает из-за наезда дежурных или всё-таки Система очнулась и сообщила ей об изменившемся балансе?

Нет, судя по виду, кажется, таки Система её “обрадовала”. Г-хм. Посмотрим, что она теперь будет делать с этой новостью. Если поделится – расспрошу об ощущениях, и предложу ей (в виде догадки, конечно) попробовать концентрировать внутреннюю энергию в разных частях тела.

Очень уж любопытно, как другие люди ощущают эту самую магию.

Но это потом. А сейчас нас ждёт море.

Узлы связи

Выбравшись из подвала и направляясь вместе с Ариной к пирсу, я немного остыл. Эйфория от удачно проведённой ночной вылазки понемногу уходила, уступая место прагматичному анализу. И выводы меня не радовали.

Во-первых, я допустил серьёзную недооценку противника. Полицейские оказались профи – не какие-нибудь портовые гопники. И несмотря на щедро расходуемую энергию, вливаемую в “отвод глаз”, один из копов всё-таки умудрился меня зацепить. Царапина – пустяк, но сам факт, что я прошёлся по грани, заставляет задуматься.

Во-вторых, и это куда неприятнее, я мог наследить в виртуальном пространстве. Если у них в участке стоит какое-то аналитическое оборудование или у кого-то из моих преследователей просто хотя бы установлено приложение типа моего “радара” (а такие я видел в открытой продаже, да и сам когда-то хотел купить), то они могли зафиксировать мой ID в момент инцидента.

Могли ли они вычислить меня по логам? Точно могли. И что теперь? А теперь всё зависит от того, пошли ли они вообще копаться в этих самых логах после свалки с дежурными. М-да.

Ну ладно, поживём – увидим. Пока будем плыть по течению: авось, кривая да вывезет. Будет как будет. Суетиться сейчас – только привлекать внимание. Да и поздно – суетиться-то.

Мысли о локальном логгировании событий, некогда позволившем мне построить собственный радар, плавно перетекли в размышления об устройстве местного интернета. Я уже приходил к похожим выводам, но сейчас, когда во мне проснулся жгучий обоснованный интерес выяснить возможности потенциального врага, меня внезапно посетило ощущение инсайта.

Движимый наитием, я переключил зрение в магический спектр и принялся наблюдать за потоками, истекающими из моей ауры.

Вот, например, у меня в фоне постоянно играет музыка. Незадолго до того, как очередной трек завершается, Система подгружает следующий. В этот момент от моего энергетического вихря отрывается тончайшая нить. Она не уходит куда-то вверх, к воображаемым спутникам или вышкам связи. Нет. Она тянется к ближайшему энергетическому объекту.

И здесь, в море, это видно особенно отчётливо. Первый, так сказать, респондент этого соединения – аура Арины, что плывёт в нескольких метрах впереди.

Инсайт принёс понимание всего механизма. Ткнувшись в ауру девушки, энергетический щуп делает запрос о следующем треке, и, если нужного фрагмента данных там не оказывается (а откуда ему там взяться?), он продолжает поиск, всё сильнее разворачиваясь в пространстве, удлиняясь и ускоряясь. Далее, находит другую точку – возможно, такого же случайного ловца жемчуга, и, если у него есть соединение – использует его.

В нашем мире нечто подобное тоже было, правда, пока не приобрело достаточной массовости. Получается, местный интернет – это не классическая сеть серверов и вышек, как у нас. Это гигантская, децентрализованная пиринговая Mesh-сеть, где узлами связи служат… сами люди! Встроенные в них Системы ретранслируют пакеты данных друг через друга. И при этом, связь имеет стопроцентно магическую природу, а никак не электромагнитную. Потому и под водой работает!

Стараясь не выпадать из состояния озарения, я пытался охватить своими мыслями все известные мне аспекты, и…, новый пазл сложился уже когда мы вернулись из рейда. Здесь, на пирсе я не прекратил наблюдения за магической активностью, что создаёт вокруг меня аудиоплеер, и нечаянно увидел, что не только он эту самую активность создаёт. Ещё ведь у меня есть навигатор – вспомнил я, увидев несколько иной алгоритм “раскрутки” аурного щупа.

Если поисковик связи искал энергетические объекты поблизости, используя их, как ретрансляторы, то ориентационный щуп постоянно переходил от одного удалённого узла к другому – будто сканируя. Магическая триангуляция! – догадался я. Повсюду здесь (и в море тоже) расставлены этакие навигационные маркеры, связываясь с которыми Система может определить своё местоположение!

А ведь я могу найти ближайший такой объект, и, что называется, взглянуть на него глазками! Эта мысль меня невероятно взбудоражила. Нужно как можно быстрее посмотреть на такой маяк! Чёрт! Но делать такое лучше не в городе, а в море. Маяки ведь есть и там. Блин, хоть обратно надевай гидрокостюм и возвращайся.

– Андрей! – звонкий голос Арины вырвал меня из раздумий.

Девочка стояла рядом, сжимая в руках мешочек с сегодняшней добычей, и её лицо буквально светилось от счастья.

– Чего тебе? – фыркнул я, раздосадованный тем, что меня отвлекают от моих открытий.

– Представляешь? – выпалила она. – Мы сегодня так много собрали! Я тут посчитала… мне хватает!

– Хватает на что? – не понял я.

– На всё! Я сегодня могу закрыть долги перед базой, выплатить налоговую страховку и оплатить жёлтый статус! Всё, как ты учил!

– Ну…, молодец, – я одобрительно кивнул. – Поздравляю. Ты быстро справилась – и года не прошло!

– Спасибо тебе огромное! – она вдруг порывисто наклонилась, быстро чмокнула меня в щёку и, развернувшись, вприпрыжку побежала к ангару Семёна.

Машинально потерев щёку, я лишь удовлетворённо хмыкнул, и отвернулся к морю, пытаясь вновь поймать, нащупать состояние инсайта, что только что меня посещало. Прав был Россольцев – это ни с чем не сравнимое удовольствие! Жаль только, никак нельзя этим процессом управлять. Но, может, в том его и ценность?

Так, а на чём я остановился? Ах да, Арина, получается, собрала свои полторы тысячи и, наконец-то, оставит меня в покое.

Однако я так и не разобрался, пробудились ли в ней магические способности. При следующей встрече нужно будет не прямо – намеком об этом спросить.

Увы, больше эту девочку я не видел. Ни сегодня вечером, ни на следующий день, ни в последующие недели…

Серые камни

На следующее утро я обнаружил, что Арины нет. Её капсула была пуста, а виртуальная реальность услужливо подсвечивала надписью: “доступно для заселения”. Ну и ладно. Баба с возу – кобыле легче!

Пробежав свою ежедневную норму, а затем подтягиваясь на турнике, я вдруг поймал себя на мысли, что от моей былой прокрастинации не осталось и следа. Ещё позавчера была и вчера была, а сегодня нет её.

Это мерзкое, тягучее чувство, когда ты откладываешь важное дело на потом, предпочитая вместо этого заниматься всякой бесполезной ерундой, преследовало меня последние лет, наверное, десять. Даже здесь, в новом мире и в новом теле, это ощущение нет-нет, а давало о себе знать. Отголоски этой апатии я ощущал вплоть до недавней вылазки к полицейскому участку.

И хотя операция прошла не без недочётов – всё-таки я умудрился подставиться под пулю, – но, возможно, именно это обстоятельство и стало тем антидепрессантом, что выгнал из меня это пакостное ощущение. Правы, оказывается, психологи нашего мира, утверждавшие, что самое действенное средство в борьбе с этой напастью – смена интересов и (или) рода деятельности.

И хотя интересы-то мы с Наташкой меняли, но что же получается? Не хватало мне вот такой вот встряски? Драйва? Х-гм.

Кстати, о Наташке. В молодости, она очень интересовалась всякими гуманитарными науками: философией, историей. Этот интерес в ней не исчерпался и по сей день, но сегодня она почему-то переключилась на нечто совершенно иное. С упоением слушает видеолекции о чёрных дырах, теории относительности и подобной лабуде. А у меня всё наоборот. В детстве и институте я буквально горел этими знаниями, а потом понемногу к ним охладел. В какой-то момент мне вдруг стало куда интереснее почитать о каких-нибудь древних греках, апориях Зенона и подобных вещах. Вот и получилось что как в молодости мы с ней дополняли друг дружку: она – гуманитарий, а я – технарь, так и под закат жизни ничего не изменилось: только теперь она – слушает лекции по ядерной физике, а я по философии. Причём мои и её знания никуда не делись, и я мог объяснить ей, что такое какой-нибудь радиус Шварцшильда, а она мне – рассказать, что же там интересного придумал какой-нибудь Аристотель. Эх, Наташка, Наташка. Как же не хватает мне тебя здесь!

Но вернёмся к прокрастинации. Что-то произошло, и всё – её нет. Хочется работать, искать, совершенствоваться! Что же особенного в этой вылазке? Может, сам факт того, что я перешёл от пассивного созерцания к активным, пусть и плохо спланированным действиям, окончательно вернул меня к жизни? Не знаю, да и не важно это. Я рад, я просто чертовски рад избавиться от этого гнетущего чувства.

Ещё, вероятно, инсайты – недавно испытанные мной озарения по поводу устройства местной вирт-сети, тоже легли в копилку хорошего настроения. Ощущение кайфа от разгаданной загадки до сих пор меня не покинуло. Прав был тогда старик Россольцев – эта штука пробирает посильнее секса! Хе-хе.

В общем, пребывая в идеальном расположении духа, я отправился в очередной рейд. Сегодняшний день я решил полностью посвятить сбору так называемой мелочёвки. Ещё в свой первый рабочий день местные рассказали мне, что помимо кондитных “стандартов” в заливе полно мелких раковин, но возиться с ними себе дороже – денег за них почти не дают, а времени уходит масса.

Мне же нужно было проверить свои предположения, поэтому на прибыль было наплевать. Результат меня одновременно и удивил, и оказался ожидаемым. В некоторых раковинах действительно обнаружился мелкий, некондиционный жемчуг, содержащий крохи маны. Но вот в других… В других лежали те самые серые камешки. Крохотные, неправильной формы “мозги”, которые я десятками выковыривал из систем управления местной магоэлектроники!

Получается, эти управляющие модули не просто “собирают где-то там”. Их выращивают те же самые моллюски, точно так же, как и жемчуг.

Это открытие заставило меня крепко задуматься. Я вдруг припомнил нечто, что считал очевидным, но чему, увы, не было подтверждения. Выведя перед глазами окно браузера, я нашёл статью в местной энциклопедии, посвящённую устройству мыслеинтерфейса. Так и есть, официальная версия гласит, что управляющие камни – основа связи с Системой – вживляются в кости черепа каждому гражданину Империи сразу после рождения.

Звучит красиво. Но есть здесь одна нестыковка.

Моё магическое зрение – штука уникальная. Я прекрасно вижу ауры, нити, потоки синевы и маны. Я вижу, как заряженные энергией камешки светятся в приборах. И даже внутри вот этих моллюсков они отлично просматриваются. Но я ни разу – ни разу! – не видел никаких светящихся камней в головах у людей. Ни у Арины, ни у Николая, ни у того же Олега, когда вытягивал из него жизнь.

Что-то здесь не сходится. Либо статья врёт, либо камни в людях работают по какому-то совершенно иному принципу, не излучая и не поглощая магическую энергию.

Получается, вот и определилась новая исследовательская задача. Если энциклопедия не врёт, и всем младенцам вживляют интерфейс, значит, в любом родильном доме должна быть соответствующая аппаратура и запас этих самых камней, или, как их называет энциклопедия, – кристаллов.

Не откладывая дела в долгий ящик, я тут же отыскал на карте ближайший роддом. Оказалось, что на острове такого нет, но зато в Питере – в третьем поясе имеется довольно крупный платный перинатальный центр. Если верить рекламе, то ежемесячно этот роддом принимает до тысячи родов.

В голове мгновенно созрел дерзкий план: нужно проникнуть туда, и либо ограбить их хранилище на предмет серых камней, чтобы изучить их в спокойной обстановке, либо хотя бы пронаблюдать за самим процессом вживления кристаллов в младенцев.

Х-гм. Получается, что начинать стоит именно с наблюдения. Это и безопаснее и может стать почвой для последующего проникновения. А как вести это самое наблюдение? Хорошо бы, конечно, – дистанционно.

Полистав по каталогу с видеокамерами, я несколько приуныл. Обычные видеокамеры с трансляцией в вирт в продаже вполне имелись, но с их применением было множество проблем. Во-первых, они подразделялись по цветам доступа – аналогично уровням налогоплательщиков. Чтобы снимать всё подряд нужна камера с фиолетовым доступом, а такие ближайший ко мне фабрикатор не поставляет.

Кроме того, мне нужно не просто повесить камеру на стену, а провести с её помощью разведку. То есть требуется нечто вроде небольшого автономного летающего дрона, или на худой конец, эдакой самоходной тележки или жука с камерой, которым я мог бы управлять на расстоянии.

Я вздохнул, убирая собранные серые камешки в отдельный карман гидрокостюма. Похоже сперва придётся всё-таки подробнее разобраться с местной артефакторикой и научиться, наконец, самостоятельно собирать управляемые устройства. Благо, недостатка в “процессорах” у меня теперь точно не будет.

Свидетель

Следующий день я решил посвятить поискам того самого навигационного маяка, о котором размышлял накануне.

Следуя за магическими линиями, я довольно быстро приплыл в нужную точку на юге от Котлина. Увы, там меня ждало разочарование: дно было густо заросшим какими-то вязкими водорослями, а сам артефакт, судя по направлению нитей, был глубоко закопан. Возиться там не было никакого желания.

Вспомнив, что к северу от острова дно в основном песчаное, я решил попытать счастья там. Потратив почти час на дорогу и потерпев ещё одну неудачу, я всё-таки разыскал нужный узел. Линии сходились в одну точку на ровном, чистом песке, и глубина залегания устройства не выглядела большой.

Разгребая песок руками, уже через несколько минут я нащупал твёрдый предмет. Я даже не удивился – лишь хмыкнул. Устройством в очередной раз оказался тот самый серый камешек. Точно такой же, как те управляющие модули, что я десятками выковыривал из приборов и находил вчера в мелких раковинах. Разве что размер этого артефакта был посолиднее – около двух сантиметров в диаметре.

Я повертел его в руках, разглядывая магическим зрением. Камень не просто излучал энергию, он работал как микроскопическая насосная станция, медленно, но верно поглощая ману прямо из окружающей среды.

Мысль забрать его с собой я отмёл сразу – не стоит нарушать работу навигационной сети, мне пока хватает и тех неясностей, что связаны с расследованием ночной стрельбы у полицейского участка. Если в эту штуку встроена какая-либо система учёта, то её пропажу заметят, а где её искать – сразу понятно: вот она, излучает информацию “я здесь!”. Немного поразглядывав, я собрался было аккуратно зарыть камень обратно, но в мои мысли встрял Сим.

– Обрати внимание на поверхность того камня, – подал он голос, – здесь есть руна.

– Руна? – удивился я.

– Да, и не одна. Но одна, похоже, такая же, как на твоих ножах.

– Эм…, а что за руны на моих ножах? – поинтересовался я.

– Их там несколько, – ответил симбионт. – Но разобраться я пока, увы, не смог. Насколько я понимаю, там есть руна сбора энергии – такая же, как на этом камне. Ещё есть конструкт, что формирует режущую кромку, ну и то что делает бронзу необычайно прочной.

– А что мешает тебе разобраться? – удивился я. – Давай попробуем всё это повоспроизводить, как мы сделали это с руной воздуха?

– Эти руны слишком мелкие. Твоего зрения сейчас не хватит, чтобы рассмотреть её в подробностях. Чем мельче магический конструкт и чем детальнее ты пытаешься его рассмотреть, тем больше энергии на это уходит. В общем, разобраться получится не раньше, чем удастся нарастить резерв хотя бы до двух-трёх тысяч эргон.

– Х-гм, – задумался я, – А что если мы будем использовать батарейки и делать скриншоты? Закупим их побольше, подпитаем ими наш “вихрь” извне, сделаем снимок и далее будем рассматривать его хоть до пенсии?

Сим замолчал на несколько секунд, а потом выдал мысль, в которой явно читалось восхищение:

– Потрясающе! Мне такая простая идея даже в голову не приходила!

Увы, наш дальнейший диалог прервало входящее текстовое сообщение. Писал Николай.

@Николай @Андрею: Привет. Я на базе. Вышел из учебки сам – решил тебя не привлекать. Огромное спасибо за помощь, да хранит тебя Бог!

Несколько удивившись такому повороту, я написал ответное сообщение. Предложил встретиться – он не стал отказываться, и я повернул скутер в направлении дома. Очень уж было интересно посмотреть на моего знакомого теперь.

В целом, я ожидал чего-то подобного. Мало того, соглашаясь ему помочь с заброской в учебку, где-то на уровне подсознания я был уверен, что именно такой результат и получится. Но всё равно итог поверг меня в шок. Впрочем, расскажу по-порядку.

Николай стоял у воды, глядя вдаль. И первое, что бросилось мне в глаза – это то, как он изменился. Лицо осунулось, взгляд стал отсутствующим, но при этом неестественно просветлённым. Увидев меня, он неловко, но истово перекрестился.

– Тьфу-ты! – чертыхнулся я. – Зачем ты сам-то выходил? Договорились же, что я тебе должен помочь. А если б дежурные тебя поймали? Что тогда?

– А я и искал с ними встречи, – огорошил меня Николай. – Я собирался покаяться перед ними! – тихо, но убеждённо произнёс он.

– Покаяться? – переспросил я, пытаясь осознать всю глубину той задницы, в которую попал. – Покаяться перед гопниками? Перед бандитами?

– Покаяться! – Подтвердил он. – Я понял, что мой обман был грехом. Я хотел прийти к дежурным и признаться, что обманул их, проскользнув внутрь без платы. Но их почему-то там не было.

– Николай, ты случайно недавно не падал? Головой не ударялся?

– Меня посетила истина, Андрей, – он посмотрел на меня своими безумными, фанатичными глазами. – Я понял всё.

– Всё? – тупо переспросил я.

– Да, всё! Я понял, что тебя мне послал сам бог! Ты был орудием его воли, чтобы я оказался там, в пустой комнате. Пока я сидел без дела несколько дней, на меня снизошло озарение. Я осознал своё предназначение. Моя судьба – стать благородным дворянином, человеком, имеющим значение в этом мире. И когда я им стану, я верну всем простым людям свободный доступ к знаниям! Я спасу их!

Ещё один подвинувшийся на религии. Слушая этот бред, я чувствовал, как у меня на затылке начинают шевелиться волосы.

Покаяться он хотел – перед рэкетирами-дежурными. А на дальнейшую жизнь у него теперь желание спасать людей от этой самой гопоты. Сделать так, чтобы доступ к знаниям стал свободным. Удивительно, но и то и другое теперь живёт в одной голове!

Я подозревал, я даже знал, что посетив учебку он изменится. Но вот чтобы так радикально? – Нет.

Говорить было не о чем. И хотя у меня был уже опыт общения с религиозным фанатиком (Арина – интересно, кстати, куда она делась?), убеждать его в чём-либо я не стал.

Обдумывая произошедшее, я не заметил, как мы дошли до жилого корпуса, и здесь мой шаблон в очередной раз оказался сломан. Вместо того, чтобы отправиться к себе, Николай – человек, который до этого держался особняком, пошёл не куда-то там, а в четвёртую бригаду – в “клан”, что до этого недолюбливал. Зачем? Потому что вместе легче добиться поставленной цели. А цель у него и у “клана” одинаковая – дворянство.

М-да. И ведь договорились же! Позднее, я сидел на улице и смотрел на эту стайку радостных, целеустремлённых идиотов.

Картина мира окончательно сложилась в моей голове, и она была чудовищна. Учебные капсулы – это не просто центры раздачи знаний и сертификатов. Это фабрики по переформатированию личности.

И самое страшное здесь то, что в этом мире для устройства практически на любую работу требуется тот или иной сертификат.

Выходит, мозги промыты у всех. У всех вообще. Просто у каждого по-своему. Один вот ударился в религию, другой – мечтает о дворянстве. Третий, вероятно, – готов сутками охранять эти чёртовы центры. Так, что ли? И что выходит? Такой мир невероятно устойчив!

Ведь даже если человек всё осознаёт (как, например, Россольцев), то изменить он ничего не может. Почему? Потому что самое сложное в этой жизни это именно изменение себя. Попробуй-ка преодолей прокрастинацию! Или веру в “господа нашего – макаронного монстра”. М-да.

От осознания масштабов этой глобальной системы контроля меня накрыла холодная, липкая депрессия.